– Эмили, я никуда не поеду. Мы останемся здесь до тех пор, пока не вернется муж твоей сестры. Мы подождем его вместе.
Обняв девушку за плечи, он повел ее в дом. Внезапно сердце Эмили учащенно забилось. Что, если бы это был их с Люком дом, а наверху спал их ребенок?
О боже, какая же она идиотка!
Поднимаясь в детскую, она приказала себе выбросить из головы эти глупости. Наверное, всему виной усталость. Войдя в комнату близнецов, она склонилась над кроваткой, в которой спал Питер. Ее захлестнуло какоето странное чувство, и она поспешно отстранилась, чтобы не прикоснуться к нему, не вдохнуть сладковатый аромат малыша.
Нужно немедленно уходить отсюда.
Эмили схватила «радионяню», но прибор выскользнул из ее дрожащих рук и со стуком упал на пол. Она замерла. Мгновение спустя тишину прорезал плач Питера. Девушка поморщилась. Возможно, если она будет стоять тихо, он успокоится и снова заснет.
Ее надеждам не суждено было сбыться. С каждой секундой плач становился все громче.
– Что случилось?
Услышав голос Люка, она вздрогнула от неожиданности.
– Эти ужасные вопли. Я не знаю, что делать."
"– Стоя с зажатыми ушами, ты точно их не остановишь. Разве женское чутье не подсказывает тебе, как поступить?
– У меня не развит материнский инстинкт. Возьми его ты, Люк.
– Ты никогда не держала на руках своих племянников?
– Нет.
Склонившись над кроваткой, Люк достал из нее малыша.
– Ты не присматриваешь за ними?
– Анна не доверила бы мне это.
Хотя Питер все еще сучил ножками, плач постепенно начал стихать.
– Но она позвонила среди ночи тебе.
Это было так, и все же…
– Хватит плакать, – обратился Люк к Питеру.
Малыш тут же замолчал и уставился на него.
– У тебя отлично получается, – заявила Эмили, наблюдая за тем, как Люк укладывает ее племянника обратно в кроватку.
Какоето время они оба молча стояли и смотрели на мальчика. Затем их взгляды встретились, и перед глазами Эмили снова возник образ счастливой семьи.
– Ты не хочешь иметь детей? – спросил Люк, когда они спускались вниз.
– Не все женщины этого хотят.
– Почему?
Эмили пожала плечами:
– Дети – это слишком большая ответственность. Ты можешь себе представить, в каком ужасе сейчас Анна?
– Думаю, да.
Он переменился в лице, и Эмили отругала себя за то, что снова напомнила ему о его бедах.