Я, правда, не пробовала, но, возможно, с помощью Зверя я бы и могла не спать целую неделю, но, если вспомнить себя без Зверя, на месте Кирилла я бы уже рухнула, как подкошенная, и впала в кому.
Чувствуя, что во мне начинают шевелиться чувства, которые я обещала душить в себе при первом же проявлении, я поспешила сменить тему:
— Погода хорошая. Мы сегодня со Зверем оставили машину и пробежались. Потрясающее впечатление…
Я осеклась. Кирилл смотрел на меня с удивлением, и я не могла понять, чем оно вызвано.
— Что? — не желая гадать, прямо спросила я.
— А ты не заметила?
Я задумалась, перебрала в уме все, что я сказала. Я сказала: ""Погода хорошая. Мы сегодня со Зверем оставили машину и пробежались"". Да, именно так я и сказала, дословно.
— И? — не понимала я.
— Ты стала говорить ""мы""."
"Я несколько раз моргнула, прежде чем осознать его слова. А ведь он прав, а я этого не замечала.
""Зверь, и давно я перешла на множественное число?"" — с ужасом спросила я.
""Ну-у-у, — протянул мой невидимый друг, — не так чтобы давно. Неделя… Полторы"".
— Ах ты, черт! — выругалась я.
Не то, что я что-то имела против Зверя, должна признать, мы с ним неплохо уживались. Мы много разговаривали… Я прикусила губу, даже мысленно я говорила не о себе и Звере, я говорила о ""нас""!
— Это плохо? — поморщилась я.
— Наоборот, — Кирилл допил кофе и встал, чтобы поставить кружку на стол.
""Да сам ты инородный!"" — обиделся Зверь.
Кирилл поставил чашку на стол.
На столе сидела я.
Осознав, что он оказался, сам того не желая, в тридцати сантиметрах от меня, Кирилл поднял на меня глаза, будто ища что-то в моих.
Я перестала дышать. Он был слишком близко.
Мой самоконтроль трещал по швам, вымученный, выплаканный самоконтроль, который я бережно взращивала в себе несколько недель.
Я смотрела на его губы. Они были слишком близко…
И вдруг они приблизились еще больше!
Он неожиданно, взял мое лицо в ладони и поцеловал.
Кружка с недопитым кофе выпала из моих рук и покатилась по полу.
Мой самоконтроль лопнул, рассыпавшись на миллиарды осколков.
""Ё моё, вот это номер!"" — ахнул Зверь.
Мы целовались, жадно, страстно, его руки переместились мне на талию, мои потерялись у него на спине.