Терпение Балларда обращалось в пар, а Пендергаст все бродил по залу: то пролистает газету, то полюбуется литографией в рамке. Вот вдалеке завыли сирены, недовольно загавкал мегафон, а фэбээровец только взял со стола номер «Форчун»[34], небрежно пролистал и положил обратно. Взглянув на часы, он обратился к напарнику:
– Сержант д'Агоста, как полагаете, я ничего не забыл?
– Вы не проверили фотоальбом.
– Блестяще, спасибо!
На некоторых страницах фэбээровец задержался, словно пытаясь запомнить лица на снимках.
– Пройдемте, мистер Баллард.
Потемнев, Баллард накинул ветровку и последовал за Пендергастом. С тараном на плече д'Агоста шел в арьергарде. Стоило троим ступить на пирс, как их оглушил шум толпы. Выли сирены, плевался в мегафон офицер. За оградой фоторепортеры дрались за место в поисках удачного ракурса. В аллее полиция расчищала дорогу конвою.
Баллард остолбенел.
– Ублюдок! – выплюнул он в лицо Пендергасту. – Так вот зачем ты тянул время!
– Так и вижу тебя на первой полосе «Дейли ньюс», – кивнул д'Агоста.
Глава 24
На служебной машине Брайс Гарриман возвращался в город. Брань, давка и ноль информации – все, чего он добился в порту, где пресса устроила на копов настоящую охоту. Вот и лови после этого полицейские радиосигналы. Только время потратил. Ехал бы сразу в офис строчить статью про убийство Катфорта.
Впереди на Уэст-стрит движение застопорилось.
Гарриман успел перебрать в уме с десяток вариантов введения. Вновь и вновь он мысленно вставал у дома Катфорта – среди сборища, что кричит, требует, алчет вестей. Для этой толпы он и писал. Сейчас, когда Смитбека нет и «Таймс» упорно не желает видеть в убийстве сенсацию, у Гарримана развязаны руки.
Однако если он просто скажет, мол, убили Катфорта, и все, темы хватит на один выпуск. Или на два. Когда пишешь статьи про убийства, становишься будто хроникером убийцы: за перо берешься, когда – или же если – он соизволит ударить. Так что необходимо найти оригинальный подход.
Показав средний палец тем, кто стоял позади, Гарриман дал задний ход. Рискуя своей машиной и машинами еще с полдесятка водителей, он расчистил перед собой свободный пятачок.