Едва увидев мою новую прическу, она начала заламывать руки и причитать, как будто это ее обкорнали практически под ноль. Под ее стенания мы вернулись в спальню, но и там Аника не унялась.
— Что же теперь будет? Кто же возьмет вас в жены с печатью позора? — хныкала она.
Я только хмурилась и кусала губы. Чтобы ответить на важные вопросы, заданные Аникой, надо оценить масштабы бедствия. А для этого необходимо заглянуть в зеркало."
"Вдохнув поглубже, я шагнула к трюмо. Ох, мамочка дорогая, да этой мымре с ножницами надо руки оторвать за такую работу! Кто же так стрижет?
Я походила на пьяного дикобраза или на больного чумкой ежа.
— Н-да, — пробормотала я, — беда.
— Беда, как есть беда, — всхлипнула Аника.
— Но не катастрофа.
— Как не катастрофа? Ваши волосы… их больше нет. Теперь любой поймет, что вы опозорены, — горничная объясняла мне ситуацию так, будто я — несмышленый ребенок.
— Волосы не нога, отрастут, — махнула я рукой. — А пока что-нибудь придумаем. Расскажи мне о готовящемся бале. Будет что-то особенное, или как всегда? — спросила я осторожно, чтобы не выдать свое незнание.
— Бал-маскарад в честь сорок девятой годовщины безвременья. Я бы все отдала, чтобы туда попасть, — мечтательно вздохнула Аника, перестав плакать.
Аника все говорила и говорила, но я уже не слушала. То, что мне было важно, она сказала в самом начале — будет маскарад. А значит, все придут в масках, и я в том числе. Кто сказал, что маска должна прикрывать только лицо? Если сделать все, как следует, то она закроет всю голову, включая остриженные волосы.
— Леди Марилла, вы улыбаетесь, — от удивления Аника аж замолчала на полуслове. — Вы что-то придумали?
— Именно, — кивнула я. — И мне понадобится твоя помощь.
— Сделаю все, что в моих силах, — заверила горничная.
Я подозрительно покосилась на нее. А можно ли доверять служанке? Именно она привела меня в столовую на экзекуцию. Причем, явно зная, что там будет.