– Никогда раньше от него даже близко подобного не слышал, не говоря уже о том, чтобы он волновался о моем самочувствии!
Меня выворачивало наизнанку, ведь я понимал, правитель старается выглядеть в глазах Кэрай заботливым и любящим отцом. Пусть ему и удастся убедить в этом избранную и ее родителей, но мы с Мэвис и близнецами знали, каков он на самом деле.
На душе было погано. Уже представлял, что ждет впереди: придворные в полном составе, их лебезящие и заискивающие взгляды, проявление красноречия со стороны отца и потоки его комплиментов.
Зубы стиснулись, противно скрипнув. Я ненавидел его! Ненавидел всей душой! И если раньше готов был мириться с его жестокостью и безразличием по отношению ко мне и Мэвис, то сейчас решимость, плещущаяся в груди, была непоколебимой.
Понимал, конечно, что не стоит особо надеяться на главного советника Дэнарэна, но и сдаваться я не собирался.
Не желая откладывать, я направился в коридор.
– Каэль! – налетела на меня сестра, которая будто под дверью караулила. – Ты куда?
– К отцу…
– Не ходи! – вцепилась в меня родная душа, заталкивая обратно в покои и прикрывая за нами дверь. – Я прошу тебя! Не ходи к нему! Он не изменит своего решения! Ты только пострадаешь!
– Знаю, – сжав пальцы сестры, я бережно отстранил ее от себя.
– Каэль… – голос Мэвис понизился до едва разборчивого шепота, а в глазах появились слезы."
"– Прекрати, – пожурил демонессу, – рано еще плакать, я умирать не собираюсь. Хочу узнать о его дальнейших действиях и примерно прикинуть, сколько у нас осталось времени.
Да, я передумал делиться с отцом информацией о возникших чувствах к Кэрай. Правильно говорили мне парни и сестра, бессмысленно это все. Он не поймет, не примет и своего решения не изменит.
Спустя некоторое время я стоял под дверями покоев правителя, чье бездушие и любовь к власти не знали границ.
Его этаж охранялся, как и все остальные в замке. И сейчас стража косилась на меня, отслеживая каждое движение. Они могли с легкостью запретить находиться здесь, если отец того желал, что частенько случалось, но сейчас подобного не произошло, следовательно, он ждал меня.