– Я одного не пойму: как генерал-то повелся на это все и согласился с ней куда-то уехать? Ведь не мог он не понимать, что Ворон перевернет все с ног на голову, но его выкопает и заставит отвечать! – Стараясь не выпустить Марину из поля зрения, Леон чуть ускорил шаг и потянул за локоть Хохла, притормозившего, чтобы закурить:
– Погоди, куда ты несешься?
– Так потеряем Марину Викторовну.
– Ее потеряешь, ага, – саркастически усмехнулся Хохол. – И потом, ее в толпе не так заметно, как нас с тобой, дружище, и это значит, что лучше нам не торопиться никуда с нашими-то вывесками.
Леон сдвинул очки на лоб и потер пальцем черный кружок на глазу. Ему не нравилось все, что происходило сейчас, потому что четкого плана действий у них не было. Хорошо, можно допустить, что Марина найдет в этой толпе Виолу и генерала. Что дальше? Схватит за руки и потащит от стойки регистрации? А если они уже успели ее пройти и вышли в накопитель? И генерал улетит в страну, название которой неизвестно даже Марине? Что тогда? И главное, что он, Леон, должен будет в этом случае сказать Ворону?
Вдруг Хохол отбросил окурок и схватил Леона за локоть:
– Вон они! Вон, правее от выхода, на крыльце, гляди! – И он развернул Леона в ту сторону, куда смотрел сам.
На крыльце действительно стояла невысокая кудрявая блондинка в ярко-васильковом платье и широкополой шляпе, а рядом – представительный мужчина с чуть поседевшими волосами, одетый в светлую рубашку с коротким рукавом и свободные летние брюки. В руках он держал небольшой саквояж.
– Я не понял… Мы туда, а они с чего-то вдруг оттуда? – процедил Хохол, утаскивая Леона за колонну.
– Может, передумали?
– Или рейс позже.
Хохол вынул мобильный и набрал номер Марины:"
"– Котенок, ты внутри? Будешь выходить – делай это осторожно и лучше через дальний выход, тот, что ближе к остановке автобуса. Да. Потому что они на крыльце главного входа стоят, я их вижу. Нет. Нет у них багажа, саквояж только у генерала. Вот не знаю.