Всё-таки Алексей решил в первую очередь избавиться от грузовика. Он забрался в кабину, завёл двигатель, развернулся и по своим же следам отогнал его в лес. Там загнал его в чащобу и заглушил. Ключ зажигания с собой забрал, по привычке не бросать ничего.
К складам Алексей почти бежал.
Пока его не было, Петров почти очнулся. Увидев Алексея, расслабился и опустил руку с пистолетом.
— Ты? Я уж подумал — бросил, сбежал.
— Ты за кого меня принимаешь? Грузовик отгонял. Погоди, я сейчас.
Алексей нашёл сучковатую палку, с трудом засунул её под створку ворот, напрягся.
"Алексей нашёл булыжник и пристроил на него палку. Получился рычаг. Он надавил на него, налёгши всем телом. Створка ворот ещё немного приподнялась. Он попробовал протиснуться в образовавшуюся щель. Получилось с трудом, но дальше уже было проще. Он стал тянуть за цепь, приводя в действие таль.
Алексей выбрался наружу, подхватил Петрова под мышки, уложил перед створками ворот, через щель снова забрался на склад и втянул туда за руки раненого. Приопустил створки, оставив узкую щель, чтобы попадало немного света. Потом стащил с деревянных настилов пару матрасов, бросил на пол и перенёс на них раненого. Петров застонал.
— Потерпи. Тут безопасно. Эх, врача бы сейчас — совсем было бы хорошо!
— Воды! — прошептал Петров.
— Сейчас попробую найти.
Алексей прошёл в глубь склада — где-то здесь были солдатские котелки.
— Пей.
Петров жадно приник к котелку, опустошил его наполовину.
— Ветров!
— Здесь я.
— Придётся тебе самому в партизанский отряд идти. Я тебе пароль дам. Оставь мне воды и иди.
— Далеко?
— За день доберёшься. Сам видишь, я не ходок.
— Тогда тебе и еды оставить надо. День туда, день назад, да ещё и там могут на день-другой задержать — как ты без еды будешь? Раненому надо есть, чтобы силы восстановить.
— Как знаешь, я теперь обуза.
— Брось! Ты же в ногу ранен, не в живот. Вот тогда бы — да, хана!
— Слушай, не перебивай. Возьми карту.
Из-за отворота его френча Алексей вытащил карту.
— Найди село Крюково. Это южнее от складов, километров двадцать.
— Карта-то на немецком, я ни в зуб ногой.