Огненная нить, связывающая ректора с лавовым существом, совсем тонкая, и грозного огненного создания больше не видно среди врагов. Возможно, даже его ресурс закончился."
"Санаду с Личем приземляются рядом с Никой. Все вместе они отступают к мерцающим остаткам внешнего щита Пат Турина. Его магию, его весь мигом всасывает в центр города, и внутренний щит, который так отчаянно пытались поставить защитники, тоже всасывает. Лишившись опоры, обрушиваются на землю бежавшие по внешнему щиту вестники, опадает паутиной плетение Эзалона.
Драконы над армией Культа устремляются сюда, зависают в воздухе или приземляются по линии внешнего щита, схлестываясь с вестниками. Вырастают каменные стены, ревут вихри, поднимаются волны, бушует огонь. Эльфийские лозы прорастают на земле, спутывая лапы вестников, скручивая зомби и культистов.
Взлетает в небо еще одна фосфорная стрела. Она метит в наших порабощенных личей. Пронзает одного, и фиолетовое сияние разливается по земле, но не успевает сформировать печать: суккуб срубает голову проклятого лича.
А в другой части поля боя черное тело с луком падает на землю. Командира не видно. Похоже, это он выстрелил, надеясь хоть так пробить оборону вокруг наших порабощенных личей. Некромантка опять усаживается на костяной трон и прикусывает мизинец. Поймав мой взгляд, улыбается, как старой знакомой.
В грудь будто укалывает. Что смешного в этом бою?
Император, Элоранарр, Ланабет и Риэль — золотые костры их магии пылают за каменным валом.
«Арен, останови родителей! У них откачивает магию, пусть отступают!» — оглядываю месиво на поле боя: Санаду с голубоглазым спасенным личем.