Вот мы с ним кружимся по рингу, мои руки в крови, болит каждая мышца, а он наносит удар за ударом.
— Ну, давай, нападай, или ты тряпка? — орет он и снова наносит удар.
Я падаю на мат, урок длится второй час и сил уже не осталось. Против отца попрет не каждый взрослый мужик, а что говорить о пятнадцатилетнем парне. И вроде по виду не скажешь, многие обманываются, глядя на его худощавую фигуру. Но двигается молниеносно и бьет только в нужные места, каждое движение просчитано.
На теле ни одной живой мышцы, не знаю, как я нахожу в себе силы, но начинаю подниматься.
В голове мутит, вижу словно в тумане как надо мной склоняется лицо отца с презрительной ухмылкой на губах.
— А знаешь, почему ты не можешь победить? Думаешь, потому что я сильнее и выносливее тебя?
Отстраняется на секунду и снова его лицо совсем близко.
— Нет, дело не в этом. Просто тебе есть что терять.
Отходит на шаг и дает мне время сфокусировать на нем взгляд.
— Вот тебе урок. Дерись так, будто тебе нечего терять, и ты победишь.
И он уходит своей пружинистой походкой.
Ненавидел его тогда, за его самоуверенность, за наглость, но со временем признал, что эти навыки выручали не раз.
***
Заснул только под утро, а когда проснулся, время перевалило за двенадцать.
Оторвался от кровати и поплелся в душ, желательно ледяной, потому что сон ни черта не успокоил.
Промаялся еще с полчаса и, наконец, набрал ее номер. Если тянуть дальше, будет только хуже.
Ответила сразу, будто ждала. Хотя с какой стати ей ждать, небось и не вспоминает. Бросил в трубку, что приеду за байком и отключился. Обсудила вчера с подругами, все вместе посмеялись над тем, как легко было приручить, тебе ли не знать, как это у них бывает.
Вызвал такси, через пять минут вышел из дома. Пока ехал в голову снова лезли мысли из прошлой жизни.
Подружек отец менял регулярно, раз в три-четыре месяца, иногда раз в полгода, пока не решал, что очередная игрушка ему надоела и не заводил следующую. И сколько их перебывало в доме за все время, не счесть. Поначалу испытывал дискомфорт от пребывания в доме очередной девки, особенно когда став взрослее, начал ловить на себе заинтересованные, даже похотливые взгляды, но потом привык.
А главное понял, те девицы сами не против такого положения вещей.