Пока едем, я сжимаю руки на коленях, стараясь сохранить спокойствие. Наверное, на этот раз Витто сильно облажался, раз «Коза Ностра» заявилась к нам в квартиру посреди ночи. Неужели брат опять попался на воровстве? Или, может, он сказал что-то, чего не должен был говорить? О Боже, если он на кого-то настучал, то ему конец.
Машина сворачивает в узкий переулок и останавливается перед рестораном с красно-белыми клетчатыми занавесками. Я не сразу узнаю это заведение, потому что бывала здесь лишь однажды, когда мне нужно было принести отцу бумажник, забытый дома.
Я выхожу из машины и смотрю на деревянную вывеску над дверью. «У Луиджи». Место, куда солдаты «Коза Ностры» приходят играть в карты.
Водитель молча ведет меня среди пустых столов к дверному проему в дальнем конце зала. Женщина в испачканном белом фартуке моет посуду и смотрит на нас, пока мы идем через кухню. Когда доходим до двери, спрятанной за занавеской рядом с винными ящиками, мужчина открывает ее и заталкивает меня в потайное помещение.
Воздух в комнате наполнен тяжелым сигарным дымом, что трудно дышать. Свет от светильника над большим круглым столом освещает фигуры четырех мужчин, играющих в покер. Я делаю несколько шагов в комнату, и сидящий напротив меня мужчина поднимает глаза от карт и откидывается назад, на его губах появляется самодовольная улыбка. Я делаю непроизвольный шаг назад. Это один из капо. Рокко Пизано.
— На сегодня все, — говорит он, бросая карты на середину стола.
Остальные трое встают, скрипя стульями, и собирают свои вещи. Они проходят мимо меня на выход. Дверь тихо захлопывается, и я вздрагиваю от зловещего тихого звука.
— Вы присылали за мной, мистер Пизано, — выдавливаю я из себя, пытаясь сохранить зрительный контакт и не дрогнуть. Мне не нравится, как он смотрит на меня, словно кот, только что получивший неожиданное лакомство.
— Да. — Рокко берет бокал и откидывается в кресле, разглядывая мою промокшую одежду. — Необходимо погасить один долг.
В животе у меня заныло от плохого предчувствия.
— Долг?
— Да. — Капо улыбается и переводит взгляд на что-то позади меня. — Не так ли, Витто?
Я поворачиваюсь, и сдавленный крик срывается с моих губ, когда вижу скрюченное тело в углу. Мой брат поднимает голову, его лицо в крови, а один глаз опух и закрыт.
— О Боже! — Я делаю шаг к нему, но стук ладони по столу останавливает меня.
— Иди ко мне, или я закончу то, что начал! — рычит Рокко.