— Стойте, — вдруг говорит полицейский, — вы случайно не Митрофанова Евгения Владимировна?
— Да, это я.
— Узнал вас по голосу. А я лейтенант Селиверстов, Геннадий Петрович. Вот, наконец, и встретились.
— Да, здравствуйте.
— Не уходите, мне нужно задать вам несколько вопросов. Точнее, пройдемте в коридор.
— Отлично, — подает голос врач, — а я пока осмотрю больного. Как никак время обхода.
— Леш, мы еще к тебе зайдем, поправляйся, — говорю другу и вместе с Веруней выхожу из палаты.
Селиверстов озирается по сторонам.
"— Итак, Евгения Владимировна, давайте присядем. Эммм…Вот, хоть сюда.
Лейтенант кивает на диваны, расположенные примерно в десяти метрах от палаты.
— Хорошо, — соглашаюсь и тут же поворачиваюсь к Бергману, потому что тот держится рядом со мной.
— Давид, ты не побудешь пока с Верой?
— Конечно, — отвечает он.
Опускаюсь перед дочкой на корточки.
— Верунь, — говорю ей, — посидишь пока с дядей Давидом? Маме нужно поговорить еще с одним дядей.
Указываю на Селиверстова.
— А потом мы с тобой поедем домой.
Дочка воспринимает просьбу спокойно.
— Хасо, — кивает мне.
— Пойдем, еще немного посмотрим в окно, ты согласна? — спрашивает Давид.
Вера кивает повторно.
— Отлично.
Давид Берет Веруню за руку и утягивает ее к окну.
— Что ж, Евгения Владимировна, приступим, — тут же произносит Селиверстов.
— Итак, расскажите, пожалуйста, обо всем с самого начала.
Послушно рассказываю, что помню. И это то же самое, что вчерашний рассказ Бергману. Во второй раз вспоминать детали намного легче.
Лейтенант все старательно записывает, я же то и дело кошусь в сторону окна.
Все внутри замирает, когда вижу, что Давид берет Верочку на руки. Они снова что-то рассматривают за окном и потому дочка даже не замечает, где она сейчас находится.
Зато замечаю я и не могу оторваться от этой картины.
Они так гармонично смотрятся вместе.
Высокий, широкоплечий и красивый мужчина с классическими чертами лица.
Глава 29
Продолжаю смотреть на Давида с дочкой на руках и от созерцания этой картины невозможно оторвать глаз.
— Евгения Владимировна, это все? — возвращает к реальности Селиверстов, — вы точно не разглядели номера автомобиля, наехавшего на Белова Алексея?
— К сожалению, нет.
— Очень жаль.
— Мне тоже.