Остались лишь ноющая боль в висках и… страх за дочь! Я чую… отцовским сердцем чую — в ближайшие день-два ее собираются похитить! Ты… не мог бы присмотреть за ней, постараться предотвратить?! — в обычно суровом, командном голосе полковника зазвучали умоляющие нотки.
— Да без проблем! — бодро улыбнулся я. — Сегодня и завтра у меня отгулы. В Контору идти не надо. Если ваше предчувствие верно — успею помешать подонкам. Если же нет, то перед выходом на работу суну ее в багажник и привезу сюда.
— Откуда знаешь про дискотеки?! — встрепенулся Владимир Анатольевич.
— Да ниоткуда, — развел руками я. — Просто современная молодежь жить не может без рок-танцулек и прочих тусовок подобного рода. Вконец одурели… Ой, извините, занесло. К вашей дочери это, конечно же, не относится!
— Да нет, не занесло, — хмуро молвил Рябов. — Напротив — ты угодил в самую точку! Последние полгода она зачастила в ночной клуб «Арлекино».
— Вам на обед пора, — демонстративно взглянув на часы, сменил тему я. — Идемте, провожу до столовой. О дочери не беспокойтесь. Все обещанное выполню… А может, перевыполню, — последнюю фразу я произнес тихонько, почти шепотом, и шеф вроде бы не расслышал. Опершись о мою руку, он тяжело поднялся со скамьи, и мы вместе двинулись к ярко белеющему среди хвойного оазиса главному корпусу…
Глава 2
Рябов с семьей проживал в трехкомнатной квартире неподалеку от центра города, в десяти минутах ходьбы от станции метро «Белозерская».
— Ирка, сука, открывай! Мы знаем, Светка у тебя прячется! — агрессивно рычал один — плотный, курносый, с рыжими волосами и золотым колечком в ухе.
— Или дверь на х…й выломаем! — по-шакальи подвизгивал второй — мелкий, плюгавый, с физиономией злой мартышки.
— Убирайтесь, козлы! Иначе на неприятности нарветесь! — звонко отвечал из-за двери девичий голос.
— Неприятности, говоришь!!! — совершенно взбесился «рыжий».