Операция 'Одиночество'

Высказав пару фраз, которые вряд ли подобали леди, женщина стала складывать продукты в другой пакет. Внезапно она распрямилась и вытерла рукой неожиданно вспотевший лоб. Болело сердце, с каждой минутой все сильнее и сильнее. ""Убегалась... - подумала Мишель, присаживаясь на крыльцо и прислоняясь спиной к теплой деревянной стене - Сейчас, чуть-чуть передохну, и все пройдет..."". Она закрыла глаза.

Ее нашли в той же позе спустя два часа.

Герхард Айсштейн сидел в своем офисе, ожидая прихода представителей налоговой полиции.

В принципе, он особенно не волновался. Все, что было необходимо, уплачено вовремя, а что до остального, то документы в порядке, ничего они не найдут. Не зря же он платит своему бухгалтеру такие сумасшедшие деньги. Зато пока никто еще не нашел следов его основной деятельности, доходы от которой многократно превосходили прибыли от этого убогого рекламного агентства.

""А вдруг найдут - подумал Герхард и почувствовал, как ладони становятся влажными - нет, ерунда. Это все нервы.

Что это я так разволновался, можно подумать, в первый раз ко мне приезжает инспектор"". Он закурил сигару, стараясь унять дрожь в руках...

Врач диагностировал инфаркт. На скромных похоронах присутствовало всего несколько особо близких людей.

Мари Лекок вышла в сад со слабой надеждой, что ее милый пудель немедленно прибежит на зов хозяйки. Совершенно напрасно - эта мерзкая скотина, разумеется, увязалась за какой-нибудь дворняжкой. Старая дева уже давно ограничила свой круг общения любимой собакой, которая в последнее время стала все больше времени проводить среди своих менее удачливых и более блохастых сородичей.

Ей показалось, что в кустах мелькнул хвост с розовой ленточкой, которую она так старательно завязала бантиком. ""Дени, крошка! Иди к мамочке"" крикнула она и с неожиданной для ее возраста резвостью побежала к зарослям. ""Давно пора вызвать садовника - подумала старуха, задыхаясь от бега - Сад скоро превратится в джунгли"".

Она остановилась, переводя дыхание.

Воздух с натужным свистом врывался в легкие, она изо всех сил старалась и все никак не могла вздохнуть. ""Проклятая астма! Этот негодяй Дювалье говорил, что я навсегда забуду об одышке. Где-то еще завалялась баночка аэрозоля"" - она пошатываясь пошла к дому, но на полпути силы оставили ее.

Крошечный пудель подбежал к упавшей хозяйке, лизнул руку, бессильно лежавшую на траве, пару раз игриво тявкнул, а затем вдруг сел рядом и тоскливо, протяжно завыл.