У нас, знаешь ли, всегда доминировали пропаганда и, в большой степени, неписаный кодекс чести, поэтому даже до контакта с вами, когда мы еще воевали друг с другом, разведка практически заключалась лишь в засылке своих людей в лагерь противника. Так распространенная в прежние времена у вас ""вербовка"" в применении к рекнам всегда была неэффективна. У нас каждый индивидуум всегда хранит верность своему м-м-м... лорду, скажем.
- А ты-то сам, Рейкер?
- Не знаю... Я изменил свои взгляды на эту войну, а кодекс чести не позволяет мне выступать на стороне тех, кого я считаю неправыми.
- Ладно, будем считать, что мы все продажные твари - полковник обиженно отвернулся, почувствовав, что столь нелестная оценка землян существом, не относящимся к Homo Sapiens задела его за живое.
- Не злись, Сергеев. Я объективен и ты это знаешь. И не все продажны, но таких хватает. Какие предприняты меры по определению резидента?
- Никаких. Резидент вряд ли находится на кораблях Патруля, слишком велик риск глупо погибнуть. Скорее всего во Флоте действуют его исполнители, ""шестерки"". Сам он по-видимому только руководит. А отношения с Империей поддерживает через какого-нибудь...
- Минуту, Николай Петрович - Рейкер порывисто встал с кресла - Это неверно.
- Та-а-ак - Сергеев лихорадочно делал какие-то пометки в блокноте. Значит наш резидент почти наверняка имеет возможность хоть изредка покидать Землю.
- И скорее всего не изредка - вставил Рейкер - Он должен иметь возможность вылететь на встречу в любой момент. И не навлечь при этом на себя никаких подозрений.
- Фриты. Да, такое прикрытие подходит идеально, их маршруты практически не контролируются, хотя... - Сергеев нажал на вызов селектора, на экране появилось лицо адъютанта. - Женя, срочно выясни такую деталь. Сколько хранятся записи бортовых журналов фритов, которые они обязаны сдавать в каждом порту. Давай, одна нога здесь, другая... тоже тут.