Постепенно Клай вошла во вкус - ее сообщения неизменно хорошо оплачивались, а Геллер, в свою очередь, был готов даже урезать собственный процент, лишь бы не потерять столь ценного сотрудника. Иногда ему, конечно, приходила мысль о том, что большая часть поступающей от нее информации добывалась при свете ночника под аккомпанемент тяжелого мужского дыхания, однако ревнивцем Ронни не был, по крайней мере когда дело касалось тех женщин, которых в глубине души он считал всего лишь незаурядными шлюхами. Поэтому их общения ничто не омрачало до памятного рейда ""Элеоноры"" на Гардарику.
Потом длительное время информация от агентессы не представляла особого интереса ни для Геллера, ни, тем более, для Мастера.
Теперь, лихорадочно запихивая пачки в кейс, она восторгалась собственной предусмотрительностью - несколько дней назад она сняла все до копейки со своего счета и спрятала наличность в каюте.
Осмотрев последний раз помещение и, убедившись, что ничего ценного здесь не осталось, Клаудиа скорым шагом направилась на флайдек. Увести истребитель Рича представлялось ей архисложной задачей, поэтому тот факт, что истребитель стоял на палубе, а не в боксе, где ему, в общем-то, положено было находиться, было воспринято женщиной как подарок судьбы.