– Артуро! Нет! Чезаре, отпусти меня! Кракен тебя раздери, болван, отпусти князя! Князь, прекратите!
Синьор Копальди с некоторым усилием узнал в одном из дерущихся экселленсе. Дож перебросил супругу на плечо и развернулся. Ему тоже стало любопытно.
– Ваше сиятельство! – радостно воскликнул он. – Какая неожиданная и приятная встреча!
– Стронцо Чезаре! – Филомена болталась вниз головой, ее волосы подметали пол. – Немедленно поставь меня на ноги! Это неприлично.
Дож подчинился.
– Значит, дражайшая супруга, так ты исполняешь свой зарок? – Он оскалился, наклонился к дерущимся и с усилием растащил их, держа за волосы.
Второй мужчина был громадным бородачом, огненно-рыжим, с безумными синими глазами. Синьор Копальди расчетливо обхватил его мощные плечи, удерживая от драки. Дож помог подняться князю. Тот, оказавшись на ногах, пошатнулся и оперся о столбик кровати. Маура скользнула ближе к догарессе. Паола с Бьянкой стояли в дверях.
– Итак, – начал Чезаре, обведя всех собравшихся тяжелым взглядом, – я требую объяснений.
– Ваша безмятежность, – звонко сказала догаресса, – позвольте представить вам синьора Филомена Саламандер-Арденте.
Она осторожно, чтоб не наступить босой ногой на осколки, пересекла комнату и взяла громилу за руку.
– Поклонись зятю, болван.
Этот едва слышный шепот разобрал лишь тот, к кому он был обращен, и Артуро, стоявший ближе всех.
Капитан кивнул:
– Ваша серенити, прошу извинить мне это вторжение. Я прибыл в Аквадорату после заката, новость о браке сестры настигла меня в портовой таверне…
– Лишние подробности, – перебил дож.
– Позвольте объяснить мне, – прошелестел экселленсе.
– Уж будьте любезны.
– До меня дошли слухи, что на донну догарессу готовится покушение…
Речь князя прервал шум в коридоре. Синьору Копальди пришлось выйти, чтоб сообщить гвардейцам, что все в порядке, но они, нерадивые охранники, будут строго наказаны. А также чтоб велеть горничным зажечь свет в смежных покоях и принести туда вина и закусок, а слугам – прибрать в спальне.
– Перемещаемся, – решил его серенити и вышел в коридор, схватив за руку жену.
Они расположились в янтарной гостиной, заняв стоящие полукругом у камина кресла. Причем и донна Паола, и донна Бьянка тоже решили присутствовать. Донна да Риальто, отчего-то утратившая свою обычную властность, ничего на это не возразила. Она не отрывала взгляда от синьора Саламандер-Арденте, и этот взгляд был полон ужаса.