Хотя в дворянском обществе, если покопаться, можно с лёгкостью отыскать далёких родичей. И даже не очень далёких.
Теперь мне ясно, почему это Роман Витальевич так агрессивно настроен к моему роду. Он по какой-то причине считает, что наши владения принадлежат ему."
"Только вот вопрос: почему же он тогда после победы в войне отдал их своим вассалам, а не забрал себе? Может, ему хотелось взять именно поместье и земли, что вокруг, но мега-разлом не позволил?
А может, он таким образом унизил память проигравших.
Кто знает. Как-нибудь спрошу у Чернова, если повод подвернётся.
На этом я завершаю изучение дневников и перехожу к не менее интересному делу.
Я уже разобрался, как проводить общее развитие с помощью силы Обители могущества. Но что, если попробовать использовать энергию для более узкой прокачки? Если конкретно — то мне хочется сделать сильнее печать Пожирателя. Это пригодится, чтобы продолжать строить сеть энергетических каналов и в конечном итоге выполнить клятву рода.
Переместившись в тренировочную комнату, направляю энергию непосредственно на печать, и у меня ничего не получается. Пробую так и эдак, но всё бесполезно.
Чтобы нужным образом активировать печать, мне потребуется энергия Хаоса. А её-то здесь и нет.
Надо подумать над тем, как доставить сюда энергию Хаоса. И одна идея у меня уже есть.
— Господин, вам звонят! — раздаётся голос Конрада.
— Спасибо, — отвечаю я и возвращаюсь в поместье.
Успеваю взять трубку до того, как абонент сбрасывает звонок. Это оказывается Ильдар.
— Слушаю, — говорю я.
— Ваше благородие, я навёл справки. Князь Чернов атаковал предприятия графа Ярыгина. Один завод окружён и уже почти захвачен, остальные объекты держатся. Основные силы Чернова отправились на поместье противника, но их атаковали по дороге и сумели задержать. Похоже, что граф предполагал такое развитие событий и подготовился.
— То, что Кирилл Родионович не дурак, я уже понял, — усмехаюсь я, вспоминая, как он вовремя решил помириться со мной и Виктором.
— Что прикажете делать?
— Пока ничего. Благодарю за работу, Ильдар, — говорю я и кладу трубку, чтобы тут же позвонить Ярыгину.
Граф берёт трубку далеко не сразу. Понимаю, у него сейчас много забот, некогда отвлекаться на пустые разговоры. Но я-то не просто так звоню, поэтому продолжаю попытки.
С четвёртого или пятого раза мне всё-таки удаётся до него дозвониться.