Ураганные ветры, камнепады, землетрясения, свирепые морозы зимой, а летом – бесконечные грозовые ливни, сменяющиеся градом и снегопадами, сделали путь до тоннеля тяжелым и труднопроходимым. Новые хозяева Эргора пытались как-то повлиять на ситуацию, но не сумели ничего изменить. Тем более что стихии почему-то вяло реагировали на призыв связанных с ними дваждырожденных. Можно сказать, это было единственное место, где победители потерпели поражение.
Наконец саэры отступили и проложили через Альские горы новый проход, безопасный и спокойный.
За прошедшие столетия сторожевые укрепления сильно разрушились и обвалились, но на заставе сохранился подвал, а в нем отыскалось несколько уцелевших комнат. Поэтому мы, тщательно обследовав все помещения, решили перейти туда из Верхней башни, где провели первую ночь.
Бросили вещи на новом месте и с воодушевлением отправились на поиски.
Но прошел день, за ним промелькнул второй, закончился третий, а результатов не было. Мы обшарили все уголки, ощупали и простучали стены и скалы, перевернули, кажется, каждый камешек – руками и магией, но так ничего и не обнаружили. Зато теперь я могла бы гидом подрабатывать и водить экскурсии, показывая местные достопримечательности. Если, конечно, кроме нас нашлись бы еще ненормальные, которым пришло в голову добровольно сюда сунуться.
Интуиция молчала, медальон тоже не подавал признаков жизни. Книга отделывалась многозначительным: «Путь открыт, надо лишь видеть». Что это означает, даже у мага на сей раз не получалось угадать. Он злился, возмущался и постоянно приставал к дневнику в безнадежной попытке хоть что-нибудь выведать.
Уставшие и разочарованные, мы затемно возвращались в подвал, ужинали, плотнее заворачивались в спальные мешки и молча лежали, глядя на пламя костра и слушая, как завывает за стенами поднявшийся в сумерках ветер.
Положение усугублялось тем, что мне до сих пор так и не удалось встретиться с Савардом. Каждую ночь, засыпая, надеялась его увидеть, а на рассвете открывала глаза и понимала, что свидание опять откладывается. Как долго сиятельный еще продержится, прежде чем бросится на поиски, не знал никто.