Дышу глубоко и размеренно. Не сдамся! Не уступлю! Все ещё пожалеете!
– Ваше высочество? – на плечо неожиданно опускается чья-то рука. – Как вы?
Вскидываю голову и встречаюсь взглядом со стоящим рядом Хаяртом. Это первый раз, не считая нашего поединка, когда маг позволил себе телесный контакт. И видеть сочувствие в его глазах не очень приятно. Во рту становится ещё горче. На Мортана и вовсе не смотрю.
– Всё в порядке, – улыбаюсь криво. – Устала.
– Тогда идите отдыхайте, пока вам дают такую возможность, – едва слышно произносит маг и кивает на застывшую неподалёку чопорную даму в тёмно-синем платье с чёрной меховой оторочкой.
– Буду очень благодарна, – на этот раз улыбка получается более искренней.
4.3
Обращаю внимание на ожидающую меня даму. Она тут же приближается и приседает в низком реверансе, придерживая пышную юбку. Склоняет учтиво голову, здороваясь.
– Ваше высочество, позвольте представиться, леди Сабиен Хатрил.
Хатрил. Жена советника? Если да, то они, должно быть, забавно вместе смотрятся. Довольно высокая, худощавая, красивая дама с красновато-каштановыми волосами, собранными в строгую причёску, и невысокий непримечательный внешне лорд Хатрил, с вечной улыбкой на круглом лице. От представшей перед мысленным взором картинки невольно хмыкаю. Спросить, что ли? А почему нет?
– Рада знакомству, леди Сабиен, – киваю ей, тем самым позволяя подняться.
– Муж, ваше высочество, – подтверждает мою догадку придворная дама. – Разрешите показать вам ваши покои? Думаю, вы устали с дороги. Слуги уже приготовили всё необходимое, чтобы отдохнуть и привести себя в порядок.
– Буду признательна, – охотно соглашаюсь. Искупаться и переодеться в чистое хочется уже невыносимо. А ещё хочется хотя бы попытаться смыть с души ту тяжесть, что мешает сейчас дышать. Наивно, да.
"Следуя за леди Сабиен, я уже почти не обращаю внимания на окружающий интерьер, едва замечая, как мы покидаем общее крыло и переходим в жилое. Как бы я не хорохорилась и не храбрилась, держать себя в руках становится всё сложнее. Слабой чувствовать себя неприятно. Но я не голем, а живой человек. И слишком многое навалилось на меня за последнее время. Расставание с опекунами и Аддарилом. Отец и его пренебрежительное равнодушие. Ненависть жителей Осирина.