Слегка ошарашенный такой самоуверенностью преподаватель попрощался, объявив первый урок законченным. Около двери кабинета их поджидала Эйта. Эрик старательно принялся пересказывать происходившее на уроке, но Анна перебила, спросив:
— Как твоё внушение, помогло?
Эйта улыбнулась, выпуская клыки. Эрик даже споткнулся, впившись взглядом в полные губы подруги. Глаза его затуманились. Кажется, кое-кто вспомнил поцелуй в харчевне.
— Помогло, — кратко ответила Эйта и так же кратко пересказала Оле, что произошло за время её отсутствия в общежитии.
В общежитие вся компания и отправилась. Времени до вечерней лекции осталось достаточно, решили разбежаться по комнатам. А после занятий и ужина прогуляться по территории академгородка.
Когда обитатели штаб квартиры остались одни, Анна прошла в центр гостиной и велела Дину:
— А вот теперь рассказывай, что там, у Матушки Мевы произошло, ведь ты поэтому такой хмурый. Сделка сорвалась?
Дин махнул рукой, чтобы все садились, сам же встал, опираясь о стол.
— Сделку отложили до завтра, — ответил Дин, мрачнея на глазах. — Но это мелочи… — и тут парня прорвало, он воскликнул: — Вы и представить не можете, с кем сошлась матушка!
— С Одханом? — предположила Анна.
— Откуда знаешь? — вскинулся Дин.
— Догадалась, — ответила Анна.
— Да он весь праздник около матушки крутился, — произнесла фея, показав, что не одна Анна в их компании наблюдательная.
— Дин, — осторожно произнесла Анна, — помнишь, когда мы только познакомились, ты сказал, что не будешь против, если матушка с кем-нибудь сойдётся?
— Я имел в виду серьёзного мужчину, а не рыжего проходимца! — горячо воскликнул Дин.
— Я всё слышу, — раздалось от окна.
Там на подоконнике обнаружился бог огня. Полупрозрачный Одхан был одет по моде этого мира, а по возрасту даже казался немного старше, чем в первые встречи.
— И хорошо, что слышишь! — дерзко ответил Дин, всё же слегка побледневший. Когда речь идёт о матушке, тут уж не до преклонения и страха перед богами. — Ты через пару неделек испаришься, а матушке потом разбитое сердце по кускам склеивать.
— Даже не надейся, я здесь надолго, — «успокоил» Одхан. — Надеюсь, вы понимаете, что обращение Рыжий Одди устарело. Я вам сейчас вроде как папаша.
Бог хохотнул, а Дин так заскрежетал зубами, что, наверное, соседи услышали. Но вступать в спор не стал, лишь прошипел:
— Мне и одного такого папаши хватит.
— Ты меня с герцогом не сравнивай, — возмутился Одхан. — Я твою матушку люблю.