Схватив опешившего адепта за грудки и, как следует, встряхнув, Анна жёстко, чеканя каждое слово, сказала:
— Слушай сюда, мальчик. Мы в твой мир не просились. Если он нас призвал, значит, мы нужны здесь и сейчас. И никогда не смей называть наших друзей отребьем. Пожалеешь.
Отпустив адепта, хлопающего глазами, она обнаружила в руке оторванную от его формы пуговицу. От двери раздались редкие громкие хлопки. Стоящий у входа ректор с интересом смотрел на Анну. Адепты вскочили с мест, приветствуя Главу академии, а Анна, совершила реверанс, придерживая воображаемую юбку, и продолжила подъём под восхищённым взглядом идущего рядом Микаэля.
— Первый боевой трофей.
— Лихо ты кузена осадила, — выразил восхищение Дин.
Анну известие о том, кем является смазливый юнец, не смутило, подумаешь, принц. В таком состоянии она и королю, что думает, бы высказала. На хорошие взаимоотношения с оставшейся частью группы рассчитывать теперь не приходилось.
Ректор ушёл, так ничего и не сказав, а декан приступил к вводной лекции. Дин раздал друзьям «Устав академии», где-то успел уже разжиться. Устав представлял собой довольно толстую книжку, состоящую из правил и карты академгородка, примерно половина листов оказалась пустой.
— Это для расписания и разных заметок, — пояснил Дин.
Анна покрутила книгу в руках и протянула обратно, с просьбой:
— Запиши сюда, пожалуйста, все ругательства и крепкие выражения своего мира, с примерными пояснениями, что они значат и в каких случаях употребляются.
— И мне тоже, — протянул свой Устав эльф.
Сверху его книги легли ещё три. Оказалось, от невозможности от души выругаться страдали все пять попаданцев.
— Да у меня есть артефакт копирования, перед поступлением прикупил, в лавке советовали, сказали пригодится.
Уложив стопочкой шесть книг рядом на скамью, Дин, порывшись в поясной сумке, вытащил синий камушек в медной оправе, разместил сверху стопки, нажав один из завитков оправы.
— А себе зачем будешь копировать? — спросила Ола.
— Чтобы память освежать, думаю, здесь выражаться придётся часто.