Несмотря на ленты, вид эльфа, как и вид местного жителя, оставался вполне мужественным.
Мастера тут же усадили на стул, освобождённый Дином, поскольку, как выразился Микаэль, их куратору не подобает ходить с таким безобразием на голове.
— Ты просто волшебник, Мика! — выразила общее мнение Анна.
Эльф улыбнулся с видом, да, я такой.
— Мне посчастливилось три года обучаться у знаменитого на всё Великолесье мастера по женским и мужским стрижкам и причёскам. И я был лучшим среди его учеников, — рассказывал Микаэль, колдуя над чёрными гладкими волосами гоблина, — Мастер очень огорчился, когда меня призвал обратно Глава рода, даже к Владыке ходил с прошением… Альминуэ, у тебя ещё есть лента? Надо же указать на принадлежность Мастера Тамико к нашей пятой попаданческой роте, — неожиданно сказал эльф.
Фея, молча, кивнула и кинулась в свою комнату. Она даже забыла о гордости и капризах, поддавшись общему настроению. И вскоре Микаэль совершил последний штрих — обвил алой лентой волосяную шишку на затылке.
— И что же Владыка? — спросила эльфа Ола.
— Ничего, — ответил эльф, пожимая плечами. — Слово Главы рода никто не может оспорить. А наш посчитал моё занятие недостаточно мужским и направил на охрану границ. Днём я патрулировал возле гор со своим отрядом, истребляя нечисть, а вечером делал причёски всем желающим.
— Талант в землю не зароешь, — сказала Анна.
— Тебе дай волю, ты бы и нечисть заплёл, — добродушно оскалилась Эйта.
— Куратор, — позвал Микаэль. Гоблин, застигнутый за любованием на себя в зеркало у входа, смутился. Оливковые щёки потемнели, сравнившись по цвету с губами. Эльф же продолжил: — Причёска несложная, я научу её делать, пока же заходи утром чуть раньше. А то мы, похоже, снова опаздываем в столовую.
— Да не проблема, марш бросок, и мы у цели.
Все дружно вскочили со своих мест и выбежали в коридор. До нужного объекта рота следовала в уже устоявшемся порядке — строе по двое, возглавляемым Мастером Тамико, счастливым, что вчерашнее протрезвление ему, кажется, простили.
Во время сытного и обильного завтрака, заказанного Дином, попаданцы единогласно решили — выбирать ему блюда и впредь. Ведь в еде сын хозяйки харчевни толк знал.