Вся техника работала, мебель была новой, однако Рита всё равно ощущала здесь свою чуждость. Она не могла долго находиться в чужих домах или гостях, ей было некомфортно и брезгливо, хотя она старалась скрыть это.
Поэтому бельё на кровати Рита сменила на своё, купленное в магазине, но своё. Два комплекта пока хватит. И полотенца. С остальным решила повременить. Если чего-то и нет, можно обойтись временно. В их с Андреем квартиру она больше не возвращалась. Уходя – уходи, считала она, чего нервы на кулак мотать, они у неё не лишние.
Так-то Рита была современной интеллигентной женщиной, преподавателем вуза, любительницей театров и концертов, но в критических и сложных ситуациях замечала за собой переход на простой сельский говор и рассуждения в стиле глубоких провинциалов. А куда денешься: всё детство в деревне прошло. Отпечаталось в сознании.
Муж звонил ей ежедневно. В первые дни почти каждый час. Рита трубку не брала, зачем? Что он ещё может сказать? Со злости хотела отключить телефон, но по работе нужна была постоянная связь.
Единственное, что раз за разом приносило горечь и боль – новые фото и видео, поступающие с незнакомого номера. Подруга Андрея не успокаивалась и каждый день напоминала о себе.
Однако картинки продолжали регулярно поступать. Рита стала их игнорировать и удаляла не открывая, чтобы не доставлять удовольствия той, что с упорством барана высылала ей эту грязь. Риту бесило только, откуда у этой дамы номер её телефона.
Странно, но Маргарита особо не переживала из-за разрыва с мужем.
"Даже дети теперь не повод для встреч. Иришка и Сергей уже совершеннолетние и живут самостоятельно. Захотят встретиться с отцом – встретятся.