Почему же ты больше не рыжая, Ежик? Мне так нравились твои волосы…
***
В субботу у нас бедлам. Приезжает Артур со своим выводком, и Швецовы в полном составе. В результате мой удобный, тихий дом превращается в дикую смесь яслей и зоопарка.
Четверо пацанов – трое Артуровских и один Швецовский – самозабвенно бомбят мою гостиную. Я уже даже не дергаюсь, когда они умудряются сорвать штору, вместе с гардиной и мажут шоколадом серый диван.
Заботливая Вероника пытается их утихомирить, а Ярослава старательно делает вид, что ничего не замечает и вообще у нее лапки.
– Дем, морду попроще сделай, – усмехается Влад, – а то мы подумаем, что ты нам не рад.
– Рад.
– А глаз у тебя просто так дергается?
– Иди на фиг.
– У тебя просто своих нет, вот и завидуешь."
"– Предлагаю оставить на него весь выводок и дружно свалить, – выдает Ярослава, нагло улыбаясь, – приедем завтра.
В отличие от скромной Вероники, этой оторве все ни по чем. За словом в карман не лезет, не стесняется и знает чего хочет.
Я весь вечер наблюдаю за этими парами. Как они общаются, как дополняют друг друга. Шумный раздолбай Влад и стальная ироничная Ярослава, строгий Артур и мягкая Вероника. Разные и вместе с тем, как одно целое.
Потом вспоминаю Эльвиру, которая не смогла сегодня к нам присоединиться по причине крайней занятости, и не понимаю, у нас так же или нет? Мы ведь похожи. И на одной волне. Вроде дополняем и подхватываем.
Вроде…
– Вы когда присоединитесь? – бестактно спрашивает Артур, указывая на детей, и мне хочется запустить в него стаканом. Прекрасно знает, что терпеть не могу такие вопросы, но продолжает, – пора уже.
– Ты еще скажи про часики, которые тикают.
– Тикают. Эльвира-то у тебя еще молодая, хоть куда. А вот ты – старпер.
– Ты тоже, – напоминаю ему, – мы, если что, в один день родились.
– Я уже свою социальную миссию выполнил.
– Все, отвалите от меня.
Мы с Элей как-то обсуждали детский вопрос и пришли к выводу, что не горит. Ни у меня, ни у нее.
– Вы еще просто не созрели, – со знающим видом выдвигает Влад.
В него тоже хочется швырнуть стаканом. Нашелся тут зрелый.
– И не созреют, – тихо и абсолютно спокойно добавляет Вероника и снова отворачивается к детям.
А мне почему-то не по себе. Царапает и ее тон, и ее взгляд. Будто она знает что-то чего не знаю я. Или не понимаю. Или не хочу понимать.