— Малыш, привет! — начинает он нагло улыбаться мне в лицо."
"В нос тут же бьет его противный, чужой запах. От Леши пахнет чесноком, и ком снова подступает к горлу. В который раз за этот день.
— Не трогай меня! — делаю я шаг назад, и выставляю вперед руку. Второй же закрываю живот, словно пытаюсь защитить ребенка от опасности.
— Малыш, ну что ты как еж щетинишься? Давай, садись в машину! Быстро!
В светлых глазах Леши ни капли сожаления. Он изменил мне с нашей общей знакомой. В тот день я закрывала квартальный отчет, задерживалась допоздна.
Знакомая в спешке покинула квартиру, а Леша начал вести себя как настоящий мудак. Обвинил меня во всех смертных грехах: и в моей нищете, и что я жила в его квартире, и что я была отвратительной хозяйкой, готовила блевотные борщи, плохо убиралась и халтурила во время глажки его драгоценных рубашек.
Я же собрала вещи, созвонилась с Маришкой, моей единственной подругой, и уехала к ней. А после случилось это чудовищное недоразумение на работе, и корпоратив…
— Малыш, я простил тебя, давай возвращайся ко мне! — вновь хватает меня за локоть Алексей.
Больно, зараза, делает. Сейчас синяк оставит.
— Отпусти! Я не вернусь ни за что на свете! — почти кричу.
— Что ты орешь, как потерпевшая? — шипит на меня бывший парень.
— Сам, идиот! Я сейчас закричу! — дергаюсь назад, чтобы вырваться из лап бывшего, но натыкаюсь на преграду.
По ощущениям это — бетонная стена. В нос тут же бьет запах терпкого мужского одеколона. Такой запах исходит только от одного человека. И от осознания этого мое тело покрывается мурашками.
Оборачиваюсь. Михаил Воронов прожигает меня черным взглядом насквозь. Низ живота моментально скручивает в тугую спираль от страха.
Застываю в непонимании. Точно загипнотизированный опытным удавом глупый кролик. Мозг вопит о побеге, сердце сейчас вырвется наружу. А вот тело мое одеревеневшее, не может даже шелохнуться. Какие там движения! Я даже новую порцию воздуха глотнуть не могу.