Такое простое и обычное, на его губах оно звучало потрясающе порочно. Аглае показалось, что он пытается ее соблазнить. Не грубой силой и молниеносным наступлением, как было в читальне. Но медленно и хитро искусить. Так, что она и не заметит, как попадет в ловушку.
— Где их искать? — Элори воодушевилась и рвалась в бой.
Аглая была благодарна, что ее выдернули из расставленных принцем сетей. А вот Жермена смотрела на них нахмурившись. Наверняка, что-то сообразила.
Принц тоже заметил пристальный взгляд. Не хотя, отвернулся и зашагал вперед.
— Следуйте за мной.
Придерживая подолы, они поспешили следом. Подошва скользила по мягкой земле. Платья цеплялись за веточки кустарников. Пробираться сквозь стремительно густеющий лес становилось все сложнее.
Аглая буравила взглядом широкую спину Дамазы, перечеркнутую жуткой секирой. Он шел легко и стремительно. Быстро, не оглядываясь на них и не позволяя отдохнуть. Ловкие плавные движения казались чуждыми для такого массивного тела. Но он двигался неестественно грациозно и абсолютно бесшумно.
И вправду хищник. Дикий зверь, под шкурой которого скрыты вечно напряженные мускулы.
В то время как они уже запыхались и все время оскальзывались, он не замедлился ни на секунду.
Элори в очередной раз едва не полетела в грязь. Не сговариваясь, Аглая и Жермена подхватили ее под руки и потащили за собой. Почувствовав опору, Элори вдруг тихо заговорила:
— Он жутковатый, да?
Аглая сцепила зубы. Она ни словом не обмолвится об этом монстре.
Жермена так же тихо спросила:
— Кто?
— Катонский палач.
Жермена пожала плечами:
— Он действительно хорош собой. Но почти все оборотни привлекательны.
Аглае разговор нравился все меньше. Снова проснулась ревность. Да какая ей вообще разница?! Он ей никто. И остальные могут обсуждать его столько, сколько хотят.
— Когда он к нам подошел, я и перепугалась, и обрадовалась.
— Понятия не имею. — Жермена бросила на Аглаю опасливый взгляд. — Возможно, и захочет, раз вызвался участвовать во всем этом.
Аглае становилось все труднее сдерживаться. Она понимала, что ничего особенного не происходит, что это нормальная женская болтовня. Но в груди зудела жгучая ревность.