Он лизнул свой палец, покрытый ее влагой и протяжно зарычал.
— Это совсем не ненависть.
Он вдруг оставил ее. Снова поднялся, возвысившись, и превратившись в божество.
— Соглашайся быть моей. Я все равно возьму тебя. Силой. И сделаю это так, чтобы тебе было больно. А потом сожгу. Но одно твое слово, и нам обоим будет хорошо.
Дамазы вытащил ремень и швырнул на шкуры рядом с Аглаей. Расстегнул ряд пуговиц на штанах, обнажая бедра.
Аглая взглянула ему в лицо. Побоялась того, что может увидеть, когда он снимет штаны.
Аглая знала, совершенно точно знала проклятой женской интуицией: он не обманывает. Каждое его слово — отравленная ядом правда. Он действительно ее изнасилует, а потом сожжет. Просто из-за того, что она посмела отказать.
Отомстит ведьме, которую захотел и которая не покорилась.
— Ты слишком долго думаешь, ведьма.
Это было предупреждение. Больше он не собирался ждать. Его сильные руки пришли в движение, расстегивая оставшиеся пуговицы на кожаных брюках.
Аглая все-таки посмотрела вниз.
Воздух застрял где-то в легких. Просто потерялся там, мешая сделать вдох.
Густые черные волоски покрывали пах. Аглая старалась смотреть именно на них, а не на… Дамазы расстегнул штаны до конца и приспустил с бедер. Аглая тяжело задышала, облизнула сухие губы и впилась ногтями в шкуры.
Черт! Она не могла подобрать слов, чтобы описать то, что видела. Ее одновременно и пугало, и восхищало зрелище его возбужденной плоти. Внизу стало слишком горячо. Настоящий пожар! За это она ненавидела себя еще больше.
У него не просто было совершенное, закаленное в боях тело. Он был убийцей. И Аглая знала: если он будет насиловать ее, она не уйдет отсюда живой. Он просто порвет ее. Его член был слишком большим. Как бы она ни была возбуждена, он все равно причинит ей боль.
И вместе с тем совершенно сумасшедше чувство восторга и предвкушения. В ней словно жили две абсолютно разных женщины: привычная Аглая, дрожащая от ужаса и сражающаяся за свою жизнь, и чокнутая нимфоманка, сходящая с ума от самого жесткого мужчины, которого она встречала. От монстра.
Аглая не знала, что делать. Просто смотрела на его плоть, чувствуя, как собственное тело покрывается испариной.
Его член оказался таким же мощным и крупным, как он сам.