Должно быть мы с вами разминулись.
Кажется, она не в своем уме. Чокнулась после насилия. Стокгольмский синдром? Или банальный мазохизм? А может, ей просто опять захотелось быть униженной?! Как можно быть такой дурой? Зачем она его выгораживает?
— Но почему меня не пускали к собственной дочери? Я требую ответа!
Аглая невольно прониклась к князю теплом. Он старался не показывать своего страха перед превосходящим во всем противником. Даже хотел встать между ней и принцем.
Но Дамазы не дал ему этого сделать. Отгородил Аглаю широкими плечами от отца и от Денеша и свирепо прорычал:
— Я прошу руки вашей дочери.
"На этих словах мозг отделился от тела. Аглая даже не сразу поняла, что он говорит о ней. ЕЕ руки просит у князя.
Предложение… То, чего ждет каждая женщина. Один из самых волнительных моментов в жизни. В ее жизни. Был бы. Если бы «жених» не стоял спиной к ней, если бы она действительно была дочерью князя. Если бы прошлой ночью принц не пытался ее изнасиловать и не угрожал сжечь на костре за отказ переспать им.
Вот только Аглая совсем не ожидала, что он бросится выполнять свою часть их нелепой сделки так быстро. А как же ее побег?
— Руки моей дочери? — Князь казался удивленным не меньше Аглаи.
— Именно.
Аглая выступила из-за его спины. Наверняка девушкам здесь было непринято обсуждать такие вопросы, но молчать она не собиралась.
— А моего согласия никто не хочет спросить?
Неожиданно в разговор вступил Денеш, о котором Аглая успела позабыть:
— Княжна имеет право выбора.
Дамазы не счел нужным ответить. Окинул его таким презрительным взглядом, что Аглая невольно позавидовала.
Князь же неожиданно вспылил:
— Выйди вон!
Аглаю царапнуло неприятное предчувствие. Выглядело так, словно он боится, что крупная рыбка сорвется с крючка.
На лице Денеша появилось холодное выражение. Он быстро покинул Темный зал, ни разу не обернувшись. Аглая задумчиво смотрела ему в след, пока не услышала низкое рычание. Дамазы следил за ней гневным взглядом.
— Моя дочь — княжна. И пусть княжество не такое большое, но мы процветаем. — Князь устало опустился на трон. — У меня нет наследников мужского пола. Отдавая дочь замуж за вас, я навсегда теряю наследницу…
Аглая не верила своим ушам. В голосе князя отчетливо слышалось желание продать ее подороже. Она знала и подобный тон, и многозначительные паузы. Так всегда говорят, когда пытаются повыгоднее сбыть покупателю то, в чем он нуждается.