Именно сейчас Аглае стало по-настоящему страшно. Он снова наклонился к ней и медленно лизнул ее губы. Она с трудом сдержала стон. Мышцы сократились от предвкушения.
— Так я и думал… — Пренебрежительная улыбка искривила его полные чувственные губы. — Ваши жалкие мужчины думают, что они умнее всех и подсовывают нам пользованных шлюх. Мы не вырываем вам всем глотки, лишь по одной причине… С потаскухами можно сразу проверить, какой товар нам швырнули.
От этих слов Аглая даже потеряла дар речи. Да как он смеет? Она снова замахнулась.
— Я не позволю… какому-то грязному животному себя оскорблять!
Пожалуй, с животным вышел перебор. Лицо посла превратилось в маску. Непроницаемое выражение нельзя было разгадать, как ни старайся. Неожиданно он улыбнулся:
— Неужели княжна надеется получить в мужья самого короля?
Его хватка стала еще крепче. Наверняка останутся следы. Пытаясь вырвать из стального захвата руку, Аглая приподнялась на носочки и отчетливо произнесла:
— Мне не нужны ни вы, ни ваш король.
От этих слов посол рассмеялся. Но его глаза остались холодны. В них плескалась угроза. По коже Аглаи пробежал озноб, а в окно настойчиво постучал дождь.
— Здесь выбираем мы, а не вы, княжна…
В его словах столько пренебрежения, как будто она всего лишь мусор под ногами. Но то, что звучит дальше…
— Не стоит набивать себе цену. У шлюх лишь одно предназначение — подставлять нам свои отверстия по первому требованию, княжна… Или ваш титул делает особенным то, что у вас между ног?
Звук, который вырвался из ее горла, был похож на рык раненого зверя.
Аглая вскинула голову:
— Вот, что делает меня особенной.
Наконец он ее отпустил. Медленно разжал пальцы и даже отступил на шаг. Аглае тут же стало холодно. Его глаза лихорадочно блестели, выдавая решимость на что-то, что Аглае точно не понравится.
Он еще немного отстранился.