От винта! [Сборник]

Но приказ есть приказ, я запросил в ВВС флота РС-132, и мы стали летать увешанные ими, как ёлки. Как только подсохло, Волховский фронт начал попытки прорыва блокады. Я запросил на флоте пальмовое масло. Удивительно, но нашлось 20 тонн прокисшего прогорклого масла, с запрещением использования в качестве пищевого продукта. И довольно большое количество подвесных баков от старых Р-5: здоровенных, на 250 литров. Смешав бензин с этим маслом, я подвесил эти баки под крылья. В носовую часть вогнал ампулу КС. Получилась напалмовая бомба.

Выливной прибор, конечно, лучше, но делать его долго и муторно. Взлетели вдвоём, с Иваном. Заходим над Синявино. Полого пикирую и с высоты 300 метров по очереди сбрасываю баки. Иван сзади визуально контролирует полёт баков и результат. Я разворачиваюсь и вижу два довольно больших очага пламени в первой линии траншей. В наушниках раздался удивлённый голос корректировщика 4-й армии:

– Чем это вы их? А повторить?

– Пока нечем, завтра прилетим.

Когда сели, на аэродроме было полно начальства.

– Чем бомбили? – показывают они на дымы.

– Сгущённым бензином. – И показываю им напалм. Самохин тронул пальцем напалм, я не успел его остановить. Бензин прилип к пальцу, его попытка снять или стряхнуть не удалась.

– Только бензином оттирается, товарищ генерал-майор. А у немцев все укрепления деревянные. И торфяник, он столько дыму даёт, что мама не горюй. И ещё, товарищ генерал, у химиков должны быть выливные приборы. С высоты 50–100 метров его можно лить горящим."

"Флот готовился к десанту в Ивановском, и такая вещь была крайне необходима.

Сразу подключились флотские и армейские химики, работа завертелась. Выливные приборы ставили на По-2, «ночники» устраивали прожарки немцам каждую ночь. В итоге на фронте По-2 начали называть «вошебойками». Начавшиеся массовые торфяные пожары подняли такой дым, что немцы были вынуждены уйти из Мги и Синявино, от угарного газа не спасают никакие противогазы. В июле 4-я и 54-я армии перешли в наступление, деблокировали 2-ю ударную армию и сняли полную блокаду Ленинграда. Немцы закрепились на левом берегу реки Тосно, а у Ленинграда появилась полноценная связь с Большой землёй. Удивительно, но меня не забыли в суматохе событий. Эскадрилью преобразовали снова в 13-ю гвардейскую отдельную истребительную эскадрилью ВВС КБФ. Мы охраняли от налётов железнодорожный мост через Неву. В июле мы получили новенькие Р-39. Мне, через звание, бросили майора и наградили второй звездой Героя.