Он сейчас сидит на одном из этих «корыт», которые и в тихую погоду так и не смогли подавить огонь немцев, и прикрываем мы его задницу! «Всё, Павел! – говорю сам себе. – Не надо заводиться!» Сел за стол возле рации. Вдруг слышу: меня зовут снаружи. «Товарищ гвардии полковник! Смотрите!» Выскакиваю из домика: мимо нас идёт вторая волна десанта. Днём!!! А немецкая артиллерия на восточном берегу бухты у Цементного завода не подавлена! В этот момент меня дёргают за рукав: «Большая группа самолётов со стороны Крыма, товарищ полковник!» Бегу обратно к рации.
– Четвёртый, вас понял.
Выше и чуть впереди идёт Макеев двумя «восьмёрками», затем два звена Володина, а ниже всех идут четыре «восьмёрки» 3-й и 4-й эскадрилий. Имеем превышение над немцами в 700 метров. На траверзе пролива Макеев атакует в лоб восьмёрку «фридрихов».
– Четвертый, я – «тринадцатый», идем к вам на подмогу.
– Тринадцатый, на чём?
– «Кобры»!
– У нас «кобры» и И-185.
– Не видел!
– У нас воздушник, на «ишака» похожи, но длиннее.
С полупереворотом, от солнца, сверху падаем на девятку «хейнкелей». Стрелки лупят в белый свет как в копеечку. Им солнце мешает. Ведущий нарывается на мою очередь, иммельман и прибавляю газ! Некисло давит! Манёвренность, как у «ишака». Чуть скосил на солнце, затем в правый вираж и повторяю атаку. Строи рассыпались, но пары четко держатся.