От винта! [Сборник]

Приказом Ставки вам сохранены оклады по более высокой должности. Так что понижением это не считайте. Служба в такой дивизии особенно трудна и почётна, и будет соответственно оплачиваться. Но если есть такие, кто не хочет служить в этой дивизии, пишите рапорт, вас переведут в другую часть или вернут на старое место службы.

В битком набитом зале клуба воцарилась тишина. Слово взял начальник политического отдела дивизии Захаров. Он остановился на стратегических и политических аспектах. Говорил он не долго, но убедительно.

Холодов сказал, что 32-й полк гордится тем, что его ввели в состав такой дивизии, что «клещёвский» полк не подведёт командование. Обгоревшее лицо Клубова было спокойным, он небольшого роста, крепко скроенный.

– Гвардейцы шестнадцатого полка не подведут.

Я поблагодарил всех и закрыл митинг. Попрощался с командованием и выехал в Москву.

Вечером доложился Сталину о том, что его приказание выполнено.

– Хорошо, товарищ Титов. Вам предстоит выделить восемь самолётов, нашей постройки, и вылететь в Баку завтра.

Возьмите лучших лётчиков.

– Есть!

Чёрт возьми! А раньше было не сказать? Погода в Андреанаполе нелётная! Позвонил Макееву, приказал шесть человек перебросить в Москву на запасную площадку, где стоял второй состав. С утра мне позвонил Голованов, спросил о состоянии дел и смогут ли мои люди вылететь в такую погоду.

– Да, смогут, двести метров по высоте есть.

– Не позднее 14 часов вылетайте. Вас там ждут, лётчикам при себе иметь документы, удостоверяющие личность.

"

"В 13 часов чуть разветрилось, и восемь темно-синих По-3н с двумя подвесными баками взлетели из Монино. Пробили облака, собрались и взяли курс на Астрахань. Лететь два часа. Внизу сплошная облачность, хорошо, что привод в Астрахани работает. Через час облачность поредела, идём экономическим ходом, экономя топливо. Можно было и напрямую пойти, но проще сесть и дозаправиться. В Астрахани сели, солнечно, но сильный ветер, пока заправляли самолёты, сходили пообедали, ну и бурду дают на тыловых аэродромах! Взлетели и пошли над морем.

Однако недолго, дежурный ПВО из Баку приказал прижаться к берегу. Перестраховщик! Мы – морские лётчики! Все, кроме одного. Но с дежурным не спорят, через час двадцать сели в Мардакане. Ребята недоумевают: на фига нас сняли с фронта. Я пожимаю плечами, дескать, не знаю. Мне и, правда, не сказали причину вылета в Баку. Всё засекречено донельзя. Подскочил какой-то генерал, я его видел в Москве, но фамилию не запомнил.