От винта! [Сборник]

– Сержант! Много дыр привёз?

– Товарищ полковник! Мне звание младший лейтенант присвоили в 19-м ГИАП ещё в мае прошлого года, но приказа до сих пор нет. Как и дырок в корпусе.

– Ни одной? – спросил он у Покрышкина.

– Всей эскадрильей смотрели, товарищ полковник. Ни одного попадания, – ответил Покрышкин.

Дзусов внимательно посмотрел на меня.

– Молодой, говоришь? – и подал мне руку.

Через день ко мне в медсанчасть зашёл Саша.

– Как дела, Костик?

– Легче уже, не так глаз болит.

– С По-2 справишься?

– Наверное.

– Слетай в Моздок и подбери себе ведомого.

Привилегию подбирать себе ведомого имели только «старики».

Через два дня пришлось проставляться: Вершинин присвоил мне звание лейтенанта. Заехал на попутках в Краснодар, купил четыре бутылки водки, большую бутыль вина и поросенка. Бросил покупки в мешок и вышел голосовать на КПП. Очень милая регулировщица быстренько тормознула мне машину до Карасу. С повязкой на глазу я выглядел, как герой романа Стивенсона, а вместо попугая у меня был поросёнок, который повизгивал в мешке.

Пошел к тёте Поле, нашему повару, попросил приготовить для второй эскадрильи. Наши были на вылете, а я прохлаждался из-за глаза. Вечером, когда вся эскадрилья собралась за общим столом, тётя Поля вынесла поджаренного поросенка, а девочки-официантки – дополнительную водку в стаканах и стаканы для вина. Я извлёк из-под стола домашнее вино. Шум и аплодисменты, одобрительные выкрики, всё слилось в сплошной «гвалт в эфире». К нашему столу подошёл сам Павел Павлович Крюков, самый старший в полку лётчик, штурман полка. Он и Покрышкин – ветераны 55-го полка, теперешнего 16-го гвардейского. Их всего трое в полку из первого состава, ещё и, практически нелетающий, подполковник Исаев. Остальные из второго и третьего состава. А первый состав либо погиб, либо пошёл на повышение в другие полки и дивизии. Но Крюков официально не был лётчиком, он – самоучка, а Покрышкин здорово не ладил с Исаевым и был под следствием. В общем, всё как у меня: самоучка и подследственный. Только это у меня в одном флаконе. И, конечно, получить поздравления от таких людей в день получения первого офицерского звания было очень приятно. Долго посидеть не удалось: нас разогнал Исаев, пригрозив мне пальцем. Продолжили в эскадрилье, прихватив с собой остатки.

На следующий день мне удалось упросить врача подписать разрешение на вылет. И я встал в строй на разводе.