Тут издали послышались голоса, и я словно через туман увидела, как к нам бегут люди. Меня буквально силой оторвали от Люси — я так крепко в нее вцепилась, что не было сил разжать пальцы.
— Все хорошо, — орал какой-то мужчина, пытаясь до меня достучаться, — отпусти. Дальше мы сами.
У него на груди красовалась серебряная луна — символ касты лекарей. Я уперлась в нее взглядом, рассеянно кивнула и поднялась на ноги. Над Люси тотчас склонилось несколько человек. У них с собой был чемоданчик с бутылочками, содержимое которых они начали капать ей в рот, втирать в запястья, шею.
Один из лекарей, крупный молодой мужчина, бережно подхватил ее на руки и понес в лазарет.
— Что ты ей дала? — снова обратился ко мне лекарь.
— Бальзамин. Седьмой стебель. Без росы, — меня саму трясло так, что губы еле слушались.
— Неожиданно, — он искренне удивился, — молодец. Если бы не ты, мы бы не успели.
— Я знаю, — кивнула кое-как и побрела к себе в комнату, — знаю.
Ромерта увязалась следом за мной и постоянно спрашивала все ли в порядке.
Пока раздевалась, стаскивая с себя безнадежно испорченное платье, покрытое кровавыми разводами и зеленью, Ромерта сделала мне ванну, налив туда пахучего масла, от запаха которого безбожно щипало глаза.
Зато я пришла в себя и перестала трястись, как замерзшая мышь.
Замок гудел до самого вечера. Людям жуть как хотелось узнать, что же приключилось с Люси.
К вечеру тайна была раскрыта. Все оказалось до банального просто.
Глупенькая служанка, тайно влюбленная в молодого хозяина, решила устранить одну из невест, влезла к ней в тайный саквояж, набрала разной отравы и щедро приправила ей обед. Любительницу опоить других, отравила собственная служанка. Вот и не верь после этого в судьбу, и в то, что за все злодеяния рано или поздно придется платить."
"Служанку поймали, когда она пыталась сбежать из замка.