Главное — победа, на каждом этапе кто-то непременно будет вылетать.
Только почему внутри так гадко и неприятно?
Я снова склонилась над свитком, растеряв все свои умные мысли, а из коридора все еще доносился громкий плач первой жертвы отбора.
***
На выполнение задания нам выделили три часа, но мне показалось, что прошло всего пару мгновений. Не знаю как остальным, но лично мне стоило немалого труда снова сконцентрироваться на свитке, а не на том, что произошло с опоздавшей претенденткой. Чисто по-человечески было жалко, но оказаться на ее месте не хотелось, поэтому, высунув кончик языка, старательно писала ответы.
За пятнадцать минут до назначенного срока Натаэлла первая сдала свою работу, а следом за ней одна за другой начали сдавать и остальные. Двери были по-прежнему заперты, поэтому уйти никто не мог. Да и не спешил. Наоборот, все потянулись к Смотрящим и жениху, и увлеченно начали болтать, задавать миллионы вопросов, иногда наигранно весело и громко смеясь.
Я ревниво смотрела на Нольда, опасаясь увидеть в его глазах интерес к какой-нибудь из девиц, что вились возле него с соблазнительными улыбками, но он был на редкость спокоен, и даже, как мне показалось, равнодушен.
Зато соперницы все вокруг него сгрудились, кто в глаза заглянет, кто льстиво восхитится тем, какой он умный, сильный, красивый, а Натаэлла так вообще порывалась взять его под руку.
Это нервировало. Отвлекало. Я никак не могла завершить свой ответ на последний вопрос, который касался закупки зерна. По условиям задачи было все просто и понятно. Уж в чем-чем, а в цифрах я чувствовала себя, как рыба в воде. Мне не составило труда все решить и расписать, даже графики для наглядности нарисовала. Но с практической точки зрения в задаче были слабые места. Дома я нередко участвовала вместе с отцом в торгах, в закупках и знала, как можно сэкономить, как распределить покупки таким образом, чтобы бы они нанесли меньший удар по кошельку.
— Время вышло, — объявил Барсон, — у вас есть десять секунд, чтобы сдать свои работы.