Вот Илонка к таким взглядам была привыкшая и чувствовала себя уверенно несмотря ни на что, мне же было спокойнее и комфортнее там, где ветер, где свобода, но по странной прихоти судьбы, она осталась там, в Боунсе, а я приехала в Ралесс, где всем и каждому интересно что на мне надето, что я ела, с кем общалась, а мне совсем не хотелось делиться сокровенным.
По ступенькам я сбегала, предусмотрительно подхватив длинную юбку — наступить на подол и кубарем скатиться вниз, конечно, вполне в моем духе, но не стоит всех шокировать своей природной ловкостью и грацией.
— Леди желает карету? — тут же рядом со мной появился учтивый лакей.
— Нет. Спасибо, — не оборачиваясь, ответила ему и бодро пошагала прочь.
Я собиралась посмотреть город изнутри, вдохнуть воздух, окунуться в суету и новые ощущения, и мне совершенно не хотелось делать это из кабины кареты, путаясь в пыльных шторах.
Высокая арка вблизи казалась еще внушительнее и строже, чем из окон дворца. Когда я проходила под ней, мои шаги гулко раздавались, отражаясь от стен, украшенных строгими узорами.
Едва сойдя с моста и повернув на широкую улицу, я остановилась, изумленно оглядываясь по сторонам. На меня обрушилась суматоха, шум, смех, ржание лошадей и человеческие голоса. По дороге туда-сюда сновали разномастные экипажи, спешили одинокие наездники, а по тротуарам неспешно прогуливались горожане.
Вдруг мне почудилось, что и мое любимое платье выглядит убого, да и я сама не очень. Сразу видно, девочка приехала из захудалого городка. На миг стало не удобно.
Но только на миг.
Собственно говоря, я кто? Девочка из деревни и есть. И когда я этого стеснялась? Правильно. Никогда.
Внутри тут же отпустило, хорошее настроение вернулось, и я пошла дальше, все так же восхищенно глядя по сторонам с открытым ртом. Когда еще выпадет шанс погулять по Ралессу?
Сколько я бродила, не знаю. Жадно впитывая происходящее, всматриваясь, ловя каждую деталь. Одна улочка, вторая, третья. Ноги сами несли вперед.