Дагнар широко улыбнулся и нежно поцеловал в шею, будя во мне вполне понятные чувства. Это было удивительно, вот так привязаться не к одному единственному, а к нескольким. Не думала, что способна на такое. Но чем больше живу в этом мире, тем лучше понимаю свои чувства и желания. И главное принимаю их. О своем бывшем женихе совсем забыла, вспоминая ту жизнь как страшный сон. Теперь все иначе. Теперь я другая.
Как только закончилась музыка, Мэльвиэль подозвала нас обратно на свои места. Не успели мы сесть, как заиграла новая более энергичная музыка и в зал вошли плавными танцевальными движениями мужчины, одетые в черные шаровары и безрукавки на голый торс.
Я бы засмущалась, но с интересом стала смотреть на то, как пластичны были танцоры, показывая нам невероятно красивый и чувственный танец. Я несколько лет ходила на занятия по восточным танцам, и видеть сейчас такое для меня было удовольствием.
Раньше я видела танцы только женщин, и танцующие что-то похожее на восточный танец мужчины, были для меня чем-то невероятным и новым.
Дальше я не очень хорошо понимала, что происходило. Как и в прошлый раз выпитое отправляло меня в какую-то негу, растворяя в разуме все лишнее и сосредоточив все мои чувства на муже.
Помню, как Астагард и Эвгар проводили нас до нашей комнаты, которая уже была украшена лепестками роз. В углу огромной комнаты стояла ванная, наполненная водой с цветами.
— Я знал, что ты захочешь расслабиться, после напряженного вечера.
Я решила просто расслабится и ни о чем не думать в этот вечер. Доверится своему мужу и получить удовольствие от его общества. В последнее время столько навалилось, и хотелось хотя бы на эти несколько часов забыть обо всем."
"Дагнар раздев полностью меня, а затем и себя, взял меня на руки и вместе со мной опустился в тёплую воду. Я протяжно застонала, чувствуя, как начало расслабляться тело.
— Расскажи немного о себе. — Тихо попросила я, и тут же почувствовала, как дракон немного напрягся. Но мне было интересна его жизнь. Эвгара и Астагарда я немного знала, а вот своего дракона нет. — Я помню, как при нашей встрече ты сказал, что слишком долго был одиноким. Что это значило? Если не хочешь, конечно, можешь не говорить. Я пойму…
— Нет.