Они идут и, наконец, доносится шум — безостановочный, сердитый гул, гуляющий по металлическим коридорам."
"— Это в столовой, — поясняет Леонхашарт. хотя все трое знают, что там находится.
— Может, киса там? — Шаакаран воодушевленно бросается вперед.
И Леонхашарт тоже прибавляет шаг, едва сдерживаясь, чтобы не дернуть его за хвост и не отправить назад, потому что хочет первым увидеть Настю. Но сдерживается, сохраняет достоинство.
Двери столовой распахиваются перед Шаакараном, он вскидывает руки и возвещает:
— Киса, я пришел к тебе!
Догнавшие его Леонхашарт и Баашар останавливаются за ним.
В столовой, кажется, собрался весь четвертый факультет. Работают телевизоры, передают сводку новостей. Ко входу обращаются несчастные, недовольные и злые лица.
«Мороженое едят, это хорошо, это успокаивает», — думает про себя Леонхашарт.
Ведерко прилетает прямо в лоб Шаакарану. В столовой поднимается невообразимый гвалт, ведерки летят в демонов, разбрызгивают подтаявшее цветное мороженое. Леонхашарт и Баашар отскакивают в стороны, снаряды врезаются в замешкавшегося Шаакарана, пролетают в коридор, ударяются о стены.
— Киса! — взвывает пострадавший на передовой Шаакаран и уронив коробку с подарком, обтирает с лица сладкие липкие потоки.
В него снова швыряют ведерки, он отскакивает в сторону. Двери автоматически закрываются. По полу растекаются лужи мороженого. Шаакаран весь пестрый: на нем и шоколадное, и зеленое, и красное, и белое.
— Моя прическа! — Он хватается за голову. — Мои уши!
— Надо уходить, — предлагает Леонхашарт, прекрасно понимая, что если об этом «нападении» узнают, если оно продолжится, студентам несдобровать, так что лучше сейчас уйти, вывести из-под удара Настю.
Баашар кивает, а Шаакаран возмущенно восклицает:
— Как так? Нас же обкидали, мне прическу испортили! Я требую сатисфакции!
Ухватив его за возмущенно дергающийся хвост, Баашар направляется в обратную сторону, поясняет:
— Останемся — накажут невест.
— И кису?
— Всех, — подтверждает Леонхашарт.
Под возмущенные причитания Шаакарана они отступают к ангару.
— И нам с ними еще встречаться, нам с ними еще на групповое свидание идти! — никак не может угомониться смахивающий мороженое Шаакаран. — Да они… да как… да я сам их всех мороженым перемажу!
Этих угроз Леонхашарт совсем не слышит.