— Мда, я ожидал чего-то более впечатляющего, — пренебрежительно сообщает Юнидатус Тарот и идет дальше, постепенно избавляя меня от возникающего рядом с ним ощущения давления и нехватки воздуха.
Останавливается казначей и рядом с Найтеллит.
— Ты неплохо поладила с лордом Баашаром.
Даже глядя перед собой, краем глаза я замечаю, как он тянется к ее подбородку. Найтеллит тоже резко отступает.
— Какие все недотроги, — опять ленивая усмешка Юнидатуса Тарота. Меня от него просто тошнит. — Но для приличных невест это, пожалуй, даже хорошо.
Он отходит к бледной Дахаре Мараут и встав рядом с ней, складывает руки на животе. Кажется, смотрит на нас. Похоже, на меня — у него убийственно тяжелый взгляд, от которого сводит мышцы. На мгновение возникает странное ощущение в шее, словно я собираюсь вздернуть подбородок и все же посмотреть на него, но я давлю непонятный порыв, сосредотачиваюсь на себе, мысленно отгораживаюсь от этого архидемона, от чувства, будто я опутана сетями, связана.
«Я не позволю себя запугать, я сильная и смелая, я могу справиться с каким-то казначеем, будь это хоть архидемон, хоть кто, я сама управляю собой и своими чувствами», — в сердце зарождается вихрь приятного ощущения, и мне становится легче.
Пожалуй, я готова поставить на то, что Юнидатус Тарот, вопреки всяческим ограничениям и опасениям по поводу использования магии, ее все же применяет. Что-то подавляющее волю или влияющее на восприятие — так шепчет моя интуиция.
— Понятно, — Юнидатус Тарот еще немного медлит, чем-то звякает. — Но девушек, которым выпала честь предложить себя демонам, надо как-то более явно выделяться из толпы, украсить, а то совсем убогое зрелище. Раздай им это, пусть носят.
— О, вы, как всегда, удивительно мудры, — лепечет Дахара Мараут и, взяв это что-то блестящее, направляется к началу шеренги. — Никто не догадался о таком, а вы… вы, как всегда, великолепны во всем.
Интересно, ему самому не тошно от такой откровенной лести?
Декан тем временем добирается до меня, протягивает золоченую брошь «Невеста № 15».