Я вздрогнула от неожиданности и чуть отклонилась назад, на автомате пытаясь избежать прикосновения.
— Что? — уточнила я удивлённо, но он лишь мотнул головой.
На мгновение вспыхнувший эмоциями взгляд снова потух.
— Вы свободны, — сообщил он сухо, взглянув на дверь за моей спиной.
Он снова со мной прощался. Раньше, чем я успела собраться с мыслями! А ведь это такой шанс. Рассказать о нашей проблеме страшно. Нас могут сразу выгнать. Нужно придумать завуалированные вопросы. И срочно!
— Вы правда Столп? — выдала я поспешно, когда Драган отступил от меня, и мысленно дала себя оплеуху.
— Столп, — подтвердил он.
И я снова увидела проблеск чувств. На этот раз злости. Что заставило мысленно сжаться.
— Вы же знали.
— Я в том плане, что до сих пор не могу поверить, что работаю у самого лесного царя, Столпа, всемогущего мага. Вы правда всемогущий?
— Что-то не способны сотворить даже боги, — качнул он головой.
— Но вы вон как быстро от лужи избавились, — я начинала нервничать всё сильнее. — Раз, и всё. Жаль, я так не умею. Быстро бы убиралась за Игни. И это только часть ваших способностей. Вы ведь, наверное, многое умеете? Как у Всеволода огненный вихрь создавать. И между мирами путешествовать?
— Нет, Света, между мирами можно путешествовать только с помощью артефактов. Дверей и ключей к ним. Но они потеряны.
— Ой, точно, — я улыбнулась Учёному. — Двери и ключи. Совсем забыла.
— Наш мир закрыт, — как-то устало пояснил царь.
— Но ведь артефакты целы. Значит, когда мир откроется, ими можно будет воспользоваться, — изрекла я, быстро завязывая бантик на ладони Драгана. — Следовательно, вы можете перемещаться и между мирами.
— Нет, — возразил он, нахмурившись. — Артефакты. Они скрыты. И… я не помню, где.
Его глаза чуть расширились, будто в беспокойном удивлении. А у меня всё внутри упало.
— Это же плохо, — заметила я. — Артефакты же важные. И вдруг потеряны? Или вы забыли, где они?
— Я многого не помню, — он сжал ладонь в кулак и поспешно вырвал её из моей хватки.
— Мне жаль, — прошелестела я в расстройстве. — Уверена, вы всё вспомните, — закивала убеждённо.
— Я не помню, как это сделать, — он усмехнулся: горько, болезненно.
Показалось, этот разговор заставил его вырваться из своего апатичного состояния. Но лишь на краткие мгновения.