— Поехали!
— Я боюсь, — вдруг признается она. — А что если Стас узнает?
Ясно.
— Узнает, Милана, обязательно узнает. Но не сможет причинить тебе вреда. Не волнуйся. Поехали. Ты же любила Лейлу? Хочешь знать, кто ее убил?
Она бросает на меня быстрый взгляд и идет к машине. Сама.
Стараюсь не смотреть на ее зад, но глаза сами устремляются туда. И я вспоминаю, как она дергала им, когда я вбивался в нее сзади. Сука. Надо отвлечься.
Милана садится на пассажирское сиденье. Может же быть послушной, когда захочет. Такая она мне тоже нравится.
Только сначала решим один вопрос.
Мы едем к следователю, который ведет дело о поджоге. Рассказываю ему вкратце историю с письмом.
— Ну, давайте посмотрю, — тянет он и внимательно изучает полученное письмо.
- Бесполезно, — выносит свой вердикт.
— Почему? — разочарованно прерывает его Милана.
— Кто поверит какой-то бумажке? Автора же нет в живых, чтобы официально подтвердить. А так написать можно что угодно. Да и срок давности по этому делу уже почти истек.
"— Но как? Почему? — не унимается Милана. — Там же написано имя убийцы. Вы должны найти Стаса!
— Мы ищем, — спокойно отвечает следователь, возвращаясь к бумагам на столе. — У вас все? Извините, мне надо работать.
И я понимаю, что нихера они не ищут Стаса. Все делается для галочки. Значит найти его — моя задача.
Мы прощаемся и выходим наружу. Милана, не прощаясь, поворачивается и собирается уйти. Но я беру ее за локоть.
— Что еще? — спрашивает она.
— Не разговаривай так со мной, — больнее сжимаю пальцы на ее руке. — Садись в машину. Мы не договорили.
И не давая ей сказать еще хоть что-то, просто тащу ее к авто и буквально запихиваю в него. Блокирую двери. Обхожу машину и быстро открываю дверцу, сажусь. Не бегать же мне за ней по улице, а с нее может статься сбежать.
68.
— Куда ты меня везёшь? Опять будешь насиловать? — Милана сидит, скрестив руки на груди и смотрит прямо перед собой.
Пальцы ещё сильнее впечатываются в обшивку руля. Но нет. Надо успокоиться. Ей не удастся вывести меня. Больше нет.
— Мне показалось, что тебе понравилось, — хоть и зло, но усмехаюсь я.
Она поворачивается ко мне. Я смотрю на дорогу, но прямо кожей чувствую ее прожигающий взгляд. Ну, давай же, признай очевидное.