– Где капля? – спросил Олег Лисица, который еще несколько часов назад не верил в нее, но сейчас, посмотрев, как ученые всерьез рассуждают о чуде в науке, как о чем-то реальном, принял как данность.
– Я использовала ее, – спокойно сказала Мила. – Это не море мне помогало, это я сделала сама."
"Сейчас, когда все точки над «и» были поставлены, Зина все-таки решилась посмотреть в сторону столика, где сидел Владимир и, найдя там пустоту, поняла, она больше его никогда не увидит. От этой мысли ее сильно затошнило, и слезы сами побежали по щекам.
– Зин, ты чего? – подбежала к ней Станислава. – Ты что плачешь, все же получилось. Может, и хорошо, что она каплю использовала, ее уже нет, а значит, нет дилеммы о доверии.
– Он ушел, – сквозь всхлипы выдавила Зина. – Я не увижу его больше никогда, понимаешь? Никогда. Я знала, я чувствовала, что он здесь ради нее, ради капли. Он ушел навсегда, я уверена.
Ее слова мешались с рыданиями, которые вырывались откуда-то из груди, не давая правильно сформулировать мысль, но Стася все поняла.
Она обняла крепко Зинку словно бы боясь, что та упадет от горя и, заплакав вместе с ней, сказала:
– Я знала, я догадывалась, но ты была такая счастливая, что я не смогла тебе сказать. Прости меня. Прости.
– Я никогда, представляешь, никогда…
Две девушки стояли и горько рыдали в обнимку, не догадываясь, что уже на приличном расстоянии от отеля «Китовый райк» шел через майскую тундру Владимир Леопольдович, и ему тоже было очень плохо.
Глава 28
Ничего и никогда не решай на эмоциях. Они через некоторое время уходят, а то, что они натворили, остается навсегда.
Савелий Сергеевич ШтольцГлава тайного общества «Северное сияние»Записки на полях– Давайте уже, поторопитесь, – говорил Олег Лисица, когда они грузились во внедорожник.
– Зинаида, – Тихомир Федорович уже сел на переднее сиденье, – а как насчет моей проблемы с Пушкиным?
– Не переживайте, Алексей и Эндрю уже занимаются вашими шантажистами, – тихо ответила она ему, – а значит, все будет хорошо! Они еще ни разу меня не подводили.