– Тут он захихикал, видимо, довольный своей сообразительностью – Но ты, Зина, меня переубедила, только не пойму, откуда ты про это узнала. Вот, теперь все.
– Думаю, нашим ученым хана, – вынесла вердикт Станислава. – С такой-то охраной их перебьют, а капля достанется самому злому злодею, прошу прощения за тавтологию.
– Я не знала, – сказала Зина Тихомиру Федоровичу, – а, как недавно выразилась Стася, взяла вас на понт. Видела, что что-то у вас происходит, но вот что – не могла понять. Ладно, с Пушкиным в озере мы разберемся позже, я вам обещаю.
– Подождите, – остановил он девушек, которые вновь спешили начать обсуждение, – так не пойдет. Вот Боба предложил, чтоб мы все свои секреты выложили и стали друг для друга открыты.
– Что у вас? Еще один бюст? Надеюсь, в этот раз Лермонтов для разнообразия, – сказала раздраженно Стася.
– Нет, с бюстами покончено, но ведь еще не говорил Боба, – искренне возмутился Тихомир Федорович. – Так не честно.
Все взглянули в сторону Бобы, но ответить он ничего не успел – в дверь постучались.
– У меня дежавю какое-то, – сказала Зина. – Если я сейчас еще дверью ударю Владимира Леопольдовича, то все, можно смело сходить с ума.
Но на пороге стоял широкоплечий полицейский Олег Лисица.
– О, как я удачно зашел, – объявил он и по-хозяйски, не дожидаясь приглашения, вошел в комнату.
– А вы, собственно, по какому вопросу? – спросила его Зина. Ей не нравились наглые люди, а наглые полицейские вызывали огромное раздражение.
– А я, Зинка, против грусти, – отозвался он радостно и сел в кресло, в котором только что сидела она. – Ну что, господа сыщики, рассказывайте мне, что накопали, что видели, кого подозреваем, – это он произнес персонально в сторону Стаси. – И кто, по-вашему, убил обычного ученого Бориса Бортко?
Глава 15"
"Феномен человеческой души заключается в том, что, когда она смеется, радуется, удивляется и восхищается – это можно заметить сразу. Когда же душа плачет или рыдает, физическая оболочка может оставаться абсолютно спокойной.
Савелий Сергеевич ШтольцГлава тайного общество «Северное сияние»Записки на полях– Как же плох этот вечный день, – пожаловалась Анна Евгению Карлову, когда он пригласил ее прогуляться после скандала, что она устроила этой выскочке-переводчице.
Вот стерва, подумала, что она самая умная. Да они с Борей таких раньше на завтрак ели. Ну, если честно, ел Борис, а Аня оказалась неплохой ученицей.