Отец моего ребенка

В принципе неудивительно, она и раньше не пила, к тому же она такая худенькая, и алкоголь действует быстрее, и, кажется, за последний месяц похудела еще больше. На нервах. Подозревал, что Антон стал просто последней каплей. До этого я постарался сам. Настроение напиться самому, но нельзя. У меня же ребенок и жена. Правда, она еще об этом не знает и не планирует. Знать бы, как сама Оля отреагирует на произошедшее — пусть мы и не переспали, но поцелуи все-таки были, и начала она.

Не заметил, как она уснула прямо у меня на руках.

Решил уложить ее в своей спальне, хотелось спать с ней рядом. Раздел ее и принял холодный душ, чтобы заработали мозги, потому что поймал себя на том, что желание близости не пропало.

Немного остудив свой пыл, понял, что придется ночевать с дочерью — не знал, просыпается ли мой ребенок по ночам, и что будет, если не обнаружит никого рядом.

Глава 15

Оля

Оделась и вышла в коридор. Судя по доносившимся из кухни голосам, мои уже завтракают. А значит, я проспала. Обычно я всегда просыпалась раньше дочери.

С трудом поборола желание сразу отправиться к ним. Все-таки стоит привести себя в порядок, не только из эстетических соображений, а потому что я себя так увереннее чувствую.

Перед тем, как зайти в кухню, сделала глубокий вдох. Вошла.

— Доброе утро, Оль.

Лицо мелкой все в креме от пирожного. Ее отец заметил это и потянулся за влажной салфеткой.

— Мама, мама! Ты так долго спала! — пропищала дочь, пытаясь уклониться от проявления отцовской заботы.

— Мама просто устала, солнышко, поэтому и спала долго.

Оль, какао будешь?

— Папа сам готовил, — выдала Катюшка.

Павел едва не выронил кружку от подобного заявления. Даже я застыла в дверях, пытаясь осознать. Больше не дядя Паша, а именно папа. Похоже, эта парочка окончательно спелась. Очевидно, мне придется смириться с фактом наличия Павла в своей жизни. Катюшка не обращала внимания на изумление двух взрослых, ее интересовали более важные вещи:

— А блинчики скоро? — поинтересовалась она у отца.

— Скоро, дочь, скоро.

 — Павел что, сам блины решил готовить? Прямо идеальный отец. — Оль, как себя чувствуешь?

Можно, я не буду отвечать на этот вопрос? По крайней мере, сейчас. Цензурно и правдиво я ответить вряд ли смогу.

— Нормально, — выдавила из себя.

— Садись завтракать, милая.

Милая?! У меня настойчивое ощущение, что я явно что-то упустила. К моему большому сожалению, я толком не помню ничего из прошлой ночи, но надеюсь, я все-таки не давала повода себя так называть.