Кажется, Кристиан всё-таки что-то предпринял, и только я не знаю, что происходит. Впрочем, частично всё проясняется, когда я подхожу к своим покоям. У порога кто-то, и я догадываюсь кто, оставил цветы. Много цветов. Несколько ваз с белыми розами.
Плотные нежные бутоны с капельками влаги на белых лепестках с салатовыми прожилками. Они пахнут просто одуряюще. Даже понимая, что это лишь дань спектаклю, я всё равно наслаждаюсь цветами и представляю, как они украсят комнату и наполнят её своим ароматом.
Я очень люблю розы, особенно белые.
И не только потому, что это наш родовой символ. Эти цветы напоминают мне о доме. У нас в поместье потрясающий розарий, посаженный ещё Дериной Гвидиче. Там растут только белые розы редкого дорого сорта «Холодная страсть». Очень капризные цветы. Удивительно, как Дерина смогла их получить. Говорят, они растут только на севере. Как раз там, где находится родовое гнездо Натори. Сейчас, после рассказа Кристиана о несложившихся отношениях Дерины и Габриэля, история появления розария предстаёт передо мной в новом свете.
Подхватив первую вазу, я толкаю дверь и вздрагиваю.
Миновав все магические охранки и самовольно проникнув в комнату, меня уже ожидают.
И это персона, которой я совсем не рада.
Глава 24
— Красивые цветы, не так ли? — ехидный тон лорда Фаджио режет слух.
При моём появлении он поднимается с единственного стула в комнате.
— Как вы здесь оказались? — поджимаю я губы.
Раз главный императорский дознаватель не считает нужным здороваться, я тоже не буду его приветствовать.
Не то чтобы я действительно его в чём-то подозревала, однако, Кристиан говорит, что нельзя исключать никаких вариантов, пока не доказано обратное. Если это работает в сторону моей подруги, значит, должно работать и в сторону его друга.
— Леди Гвидиче, неужели вы думаете, что для императорского дознавателя существуют закрытые двери?
— Хорошо, изменим формулировку: зачем вы здесь?
На порочных губах лорда Фаджио расцветает коварная улыбка:
— Разумеется, чтобы тебе помочь.
— Тогда захватите ещё вон те вазы, пожалуйста, — охотно предлагаю ему я, с удовольствием наблюдая, как вытягивается его лицо.
Справившись с собой, дознаватель всё-таки решает помочь. Манеры лордам вбивают с детства намертво. Отказать леди в такой просьбе для лорда практически немыслимо. И тем не менее он меня удивляет.