Господи, вроде всего лишь одно отделение милиции, а на территории его обслуживания такое количество всяких закутков, злачных мест, жилых зданий. Это Москва в миниатюре. Здесь и деревянные единоличные строения. И добротные новые дома с горячей водой. И двухэтажные особняки со сквозными дворами, голубятнями, дровяными сараями и подвалами. И парк, и толкучки. И железнодорожная станция.
Вот и те самые «пять бараков», где живет пролетариат с Завода и примазавшиеся к нему. Дома кирпичные, добротные, бараками считаются потому, что там коридорная система — из конца в конец здания идет один коридор с множеством дверей.
Мы останавливаемся перед одной из таких дверей. Прислушиваемся. Из-за нее доносится приглушенная и грустная мелодия Глена Миллера. Сменяется музыкой Дюка Эллингтона. Одно время было полно трофейных пластинок с этими музыкантами. Вот и тут крутят трофейные пластинки.
— Стиляги, — хмыкнул Антипов.
— Буржуазная культура, — поддакнул я.
Да, таковая распространена, не поощряется вследствие борьбы с космополитизмом, но и особенно не преследуется. И кто же там так культурно разлагается?
— Начинаем. — Антипов колотит ладонью по двери: — Открывай, Гвоздь!
Не дождавшись должной реакции, молодецким ударом ноги вышибает дверь.
В тесной комнатенке праздник. Стол накрыт богато. Водочка «Столичная», крабы, краковская колбаса, соленья. Пир горой. За столом компания маргиналов в количестве трех синих от татуировок особей мужского пола и двух дам облегченного поведения.
— Ну-ка встали все к стеночке, — велит Антипов, с порога оглядывая не слишком благородное собрание. — Плохо доходит?
Компания обреченно выстраивается вдоль стены. При этом хозяин подавляет даже робкую попытку своих товарищей начать качать права:
— Делай, что говорят. Это Антипов!
Двое из присутствующих со справками об освобождении — только что вернулись из мест не столь отдаленных.
Один все же возмущается:
— Ничего же не сделали. Просто к корешу зашли. На огонек залетели, как мотыльки. И вот пожалуйста, нарвались.
— В отделении разберемся, — заверяет Антипов. — Строимся — и на выход.
Послушно, руки за спину, маргиналы тянутся на улицу. Транспорта у нас нет, так и провожаем до отделения — строем. Хорошо еще тут недалеко."
"Там быстрый опрос по заготовленному заранее списку.