Два незадачливых шпиона даже еще и не начали крутиться около объекта, а их уже срисовали. Оно и неудивительно. Каждый второй житель в округе отчеты в МГБ строчит в свободное время.
— Нам говорили, чтобы мы не рассчитывали на быструю эвакуацию. Поступаем в распоряжение резидента в Москве, — объяснил старший группы, шмыгая длинным горбатым носом.
— И чем думали заниматься в Москве? На что вас натаскивали?
— Вербовки. Диверсии. Главная задача — ядерный шпионаж. Подготовка в американской школе шла в этом русле.
— И что вам говорили про нашу ядерную программу? — заинтересовался я.
— Говорили, что русские коммунисты не представляют агентурных возможностей разведслужб великой Америки. И что у СССР ничего не получится с созданием ядерного щита. Америка не допустит.
— Не верят нам.
— На словах они вас уже давно похоронили.
— Смешные люди, — хмыкнул я. — И сильно самоуверенные.
— Гады они, — подобострастно закивал белорус.
— Значит, ты готов искупить? — посмотрел я испытующе на задержанного.
Тот закивал еще сильнее — так, что, я думал, голова отвалится:
— Все, что могу, сделаю!
— Тогда будете, братья кролики, работать под присмотром.
— Можете на нас положиться! — пафосно воскликнул белорус. — Мы не подведем!
Как же, положишься на вас. Вы только за свою шкуру трясетесь. Мечтаете сладко жрать и пить, и плевать вам, под кем ходить. Гнусный народец эти иуды. Но, как говаривал один из столпов зарубежной разведки, подонков у нас нет, у нас есть только ресурсы. А с этими новыми ресурсами можно будет поиграть.
Свои соображения я доложил Белякову по связи ВЧ. Получил добро.
Все, пока что дела в Загорье завершены. Завтра вылет. А сегодня мы совместно с Никифоровым запланировали лекцию для сотрудников КБ о коварных планах зарубежных разведок. Мне это для галочки нужно — встреча с трудовыми коллективами, донесение требований быть бдительными и все время оглядываться. И еще хотелось в очередной раз взглянуть на «ядерный» народ — какие настроения у него, не гложут ли какие сомнения и посторонние идеи…
Глава 27
Климат в Загорье неважный.
"Но собравшиеся здесь люди в массе своей не обращали внимания на невзгоды и неудобства.