— Мой братец многое знает. Интересно, ради чего все эти потуги? Хочешь насолить Верховному магу Эрландии? Но в чем смысл? Или же девочка понравилась? — Вставила свое слово принцесса и показно скривилась. Она насмехалась, но над чем? Моя кандидатура не устроила или Мэт сказал глупость (по ее мнению).
Эльфийка шагнула к нам и как-то слишком снисходительно похлопала принца по плечу. Словно любящая тетушка неразумного племянника. Отчего-то я зацепилась за эту мысль. А еще вдруг показалось важным понять, кто из них старше, Мэтилас или Ариэль…
Как бы то ни было, рассуждения не помешали мне услышать очень важное:
— Ты бы сестрица вела себя приличнее.
Я ослышалась?! На всякий случай даже осторожно подергала себя за ухо. Что это было?! Какой брак?!
Мрак… вот попала.
Кажется, именно от слов Фордиэля или моих переживаний вокруг даже похолодало. Настолько неожиданной была произнесенная информация, что я будто оглохла. Это что еще за балаган? Что за нелепая попытка спасти меня от неугодного замужества?
— Вот как? — со смешком отозвалась эльфийка. Она хотела справиться с шоком, но как-то не сильно старалась. Или не собиралась. Она ведь принцесса и любая гримаса воспринимается подданными как милая улыбка. — Ты уже и невесту себе присмотрел. Думаю, папочка не обрадуется.
— Король в курсе. Я только что от него, — самодовольно отозвался Мэтилас.
И я поняла, что больше всего сейчас мне хочется кого-нибудь придушить. Или стукнуть. А если кто-то думал, что объектом мести станет исключительно болтливый эльф, возомнивший себя пупом вселенной, то ошибался. Я не собиралась преклоняться ни перед ним, ни перед Верховным, который стоял сейчас темнее тучи и прожигал меня взглядом, стремясь пробуравить дырку. Один решил все за меня, даже не поставив в известность.
— Ты же не против выйти за меня замуж, Алесса? — бодро и даже с вызовом поинтересовался Мэтилас.
Как по команде взгляды всех здесь присутствующих обратились ко мне. За гвардейцев отвечать не берусь, их я не знаю. Даже Верховный эльф меня не интересовал, что нельзя сказать о Фордиэле и Вестоне.
Я смотрела на Мэтиласа, подмечая, насколько изменился однокурсник.