И так было всякий раз, когда он едва ли касался меня. Но сейчас…
Ай!
Вздрогнув от секундной боли я с обидой посмотрела на мужа, который не сводил взгляд с артефакта. В тот же миг, камень загорелся синим.
Но как? Это ведь невозможно!
Рэй поднял голову, и меня буквально пронзил насквозь его холодный взгляд.
Всеобщее оцепенение сменилось поражёнными вздохами. В саду повисла гробовая тишина, бьющая по нервам, а внимание присутствующих обратилось ко мне.
— Это какая-то ошибка, — трясла я головой, не веря в происходящее.
— Вот видите! — во взгляде Агаты читается чистое злорадство. — Она бесплодна. Разве дракону нужна истинная с бесплодием, если единственное, что она может дать — это сильного наследника? Как только осмелилась на такое коварство? И с амулетом всё в порядке, смотри! — ядовито улыбнулась девушка и потянулась за артефактом.
Она! Это Агата всё подстроила. Никак не смогла пережить потерю Рэя. Но ведь это наказуемо! Хотя своего она уже добилась — свадьбу сорвала.
Небо словно почувствовав момент, и до этого прикрытое тёмными тучами, прорвалось мощным ливнем, заливая и моё прекрасное белоснежное платье, о котором я мечтала с момента появления метки на моей руке, и причёску, и искусный макияж.
Амулет, что держала в руках эта змея Агата, горел синим, доказывая всем вокруг, что я пустая. Что я не смогу выполнить единственное предназначение, за которое драконы так ценят своих истинных. Не смогу дать мужу сильного наследника, ведь и магия моя тоже слаба.
Я забываю как дышать. В один миг рушится всё моё представление о будущей счастливой жизни в браке с идеальным мужчиной. С нашими прекрасными детьми… Неужели это правда, и я никогда не смогу взять на руки крошечного дракона, маленькую копию своего отца, с такими же глубокими глазами и едва заметной родинкой на виске?
— Откуда мне знать, что амулет не подделка? — вопрос Рэймонда вырывает меня из оцепенения, однако в его голосе столько стали, что я непроизвольно вжимаю голову в плечи, мечтая стать совсем незаметной.
— Это легко проверить, — улыбается Агата и колет уже свой палец. Не проходит и минуты, как артефакт начинает сиять ярким красным цветом.
Мое сердце обрывается. Я будто срываюсь в пропасть, а внизу меня ждет лишь кромешная тьма. Я смотрю на Рэймонда и ловлю тень сожаления, которая тут же сменяется решимостью. Он чуть приоткрывает губы, но я не хочу его слушать, потому как уже знаю, что именно он собирается сказать."
"— Действительно.