– Я сейчас о себе, – запоздалое уточнение, чтобы он не подумал, что навязываю ворох проблем, идущих в комплекте со мной.
– Ты останешься со мной.
– Я не знаю… – Впервые мне позволяют решать, и я не сразу нахожусь что ответить.
– Цветочек, это был не вопрос, – качает головой, давая понять, что моё мнение его не волнует.
Прижимаюсь к Янису, оплетая руками, тут же уловив сдавленный стон. Отпрянув, вспоминаю, что его тело за последний месяц значительно пострадало. Помогаю наложить новую тугую повязку на рёбра и одеться, чтобы не щеголять перед Дамиром в полуголом виде.
Янис проверяет кухню, удостоверившись, что хозяин дома ушёл к себе и он наконец-то получил возможность отдохнуть. Заваливаемся на кровать, и я, слегка прижавшись к Янису, чувствую себя уютно. Проблема не решена, и мы оба по-прежнему нужны Мерханову, но теперь, когда рядом он, катастрофа не кажется глобальной.
Слышу размеренное дыхание Яниса и сажусь на кровати, чтобы рассмотреть его. Последний час я мельком бросала взгляды, вспоминая его и запечатлевая для себя.
Осматриваю его тело, спотыкаясь взглядом на синяках и затянувшихся ранах. Если бы могла, залечила бы их все одним махом. Но за неимением волшебного лекарства касаюсь подушечками пальцев, сменяя их тут же губами. Во мне скопилось столько нежности, что сейчас я с трудом сдерживаюсь, чтобы не накинуться на Яниса, ощупав каждый сантиметр. Мне необходимо получить значительную дозу поцелуев, чтобы восполнить опустошённый за месяц резерв. Чем я и занимаюсь, пока он размеренно сопит.
"– Цветочек, ты нарываешься. – Прозвучавший в полумраке голос заставляет отпрянуть.
– Просто соскучилась. Мне кажется, я так долго тебя не видела, что почти поверила – тебя в моей жизни не было вовсе. Обнять не могу, потому что причиню боль, хотя бы так… – затихаю, ожидая, что он оттолкнёт, установив границы.
Что-то между нами изменилось, и я не понимаю, что именно и в каких количествах мне позволено.